Библиотека. Исследователям Катынского дела.

<< к оглавлению

№220

1946 г., марта 15, Москва. — Инструкция Правительственной комиссии по Нюрнбергскому процессу главному обвинителю от СССР на Нюрнбергском процессе P.A. Руденко по «катынскому делу» [1]

В связи с решением Трибунала от 12 марта [2] Трибуналу следует направить от имени обвинения письмо следующего содержания:

«12 марта Трибунал удовлетворил ходатайство защитника подсудимого Геринга д-ра Штаммера [3] о вызове свидетелей в опровержение обвинения в совершенных немцами массовых убийствах польских пленных офицеров в Катынском лесу близ Смоленска в сентябре 1941 г.

Указанное обвинение было подтверждено советским обвинителем путем представления сообщения Спец[иальной] правительственной комиссии по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров.

Согласно ст. 21 Устава Международного военного трибунала «Трибунал также будет принимать без доказательств официальные правительственные документы и доклады Объединенных Наций, включая акты и документы комитетов, созданных в различных союзных странах для расследования военных преступлений» [4].

Упомянутое выше решение Трибунала является прямым нарушением этой статьи Устава.

Допуская оспаривание доказательства, считающегося согласно ст. 21 бесспорным, Трибунал превышает свои полномочия, так как Устав является для Трибунала законом, обязательным к исполнению.

Только четыре правительства, по соглашению между которыми был принят Устав Трибунала, компетентны вносить в него изменения.

Допущение возможности для зашиты представлять доказательства в опровержение бесспорных доказательств, предусмотренных ст. 21, лишает эту статью всякого значения. Очевидно, что в таком случае обвинение будет вынуждено предоставлять другие доказательства в подтверждение доказательств, упомянутых в ст. 21, тогда как весь смысл этой статьи в том, что указанные в ней документы правительственных органов Объединенных Наций принимаются Трибуналом без доказательств.

Этот вопрос имеет большое принципиальное значение для всего процесса, а решение Трибунала от 12 марта составляет крайне опасный прецедент, так как оно дает защите возможность бесконечно затягивать процесс путем попыток опровергнуть доказательства, считающиеся согласно ст. 21 бесспорными.

Независимо от изложенных принципиальных соображений, имеющих для данного вопроса основное и решающее значение, нельзя обойти молчанием и тот факт, что Трибунал счел возможным вызвать в качестве свидетелей таких лиц, как Арнес, Рекст, Хотт и др., которые, как видно из представленного Трибуналу сообщения, являются непосредственными исполнителями злодеяний, совершенных немцами в Катыни и, согласно декларации глав трех правительств от 1 ноября 1943 г. [5], должны быть судимы за свои преступления судом той страны, на территории которой эти преступления были совершены.

Вследствие изложенного, я считаю необходимым настаивать на пересмотре упомянутого выше решения Трибунала, как прямо нарушающего Устав Международного военного трибунала».

Руденко [6] необходимо предварительно переговорить с другими обвинителями, делая при этом упор на принципиальное значение допущенного Трибуналом процессуального нарушения и на возможность использования защитой решения Трибунала от 12 марта в качестве прецедента, который может серьезно повлиять на весь дальнейший ход процесса. Всего лучше было бы, если бы удалось добиться того, чтобы приведенное выше письмо было направлено Трибуналу от имени комитета обвинителей. Если этого добиться не удастся, желательно заручиться поддержкой хотя бы некоторых из обвинителей.

Если Трибунал все же оставит в силе прежнее решение, Руденко должен будет заявить Трибуналу, что Советское обвинение ограничилось оглашением одних только выводов из сообщения Специальной комиссии, так как это доказательство, в соответствии со ст. 21 Устава, является бесспорным.

Поскольку Трибунал стал на другую точку зрения, Советское обвинение будет вынуждено на основании ст. 24, п[ункт] «е» Устава [7]:

1. Просить Трибунал приобщить к делу все постановление Специальной комиссии и

2. Предоставить Трибуналу со своей стороны дополнительные списки свидетелей и экспертов, допрос которых будет являться необходимым при тех условиях, которые создались в результате принятого Трибуналом решения.

Если Лоуренс [8] спросит, кого Советское обвинение намеренно вызвать и когда оно представит списки своих свидетелей и экспертов, Руденко должен ответить, что он наводит справки о местонахождении лиц, подлежащих допросу и по получении таких справок немедленно представит список Трибуналу.

Выясните подробно и сообщите, какое отношение к делу имеют указанные в заявлении Штаммера генерал-майор Оберхаузер [9] и старший лейтенант Берг [10].

Получение подтвердите.

Помета в левом верхнем углу 1-го листа: «Отправлена телеграмма». ГАРФ. Ф. 7445. Оп. 2. Д. 391. Л. 61-63. Копия.

 

[1] См. также №№ 221, 222. Правительственная комиссия по Нюрнбергскому процессу, или как она официально именовалась «Комиссия по руководству подготовкой обвинительных материалов и деятельности советских представителей в Международном военном трибунале (МВТ) в Нюрнберге», была создана постановлением СНК СССР от 5 сентября 1945 г., подтвержденному решением Политбюро ЦК ВКП(б) 27 сентября 1945 г. Ее председателем стал А.Я. Вышинский; членами: нарком госбезопасности В.Н. Меркулов, [генеральный] прокурор СССР К.П. Горшенин, начальник главного управления контрразведки НКГБ СССР («СМЕРШ») B.C. Абакумов, председатель Верховного суда И.Г Голяков, нарком юстиции СССР Н.М. Рычков.
[2] Заместитель главного обвинителя от СССР Ю.В. Покровский, выступая 14 февраля 1946 г. по разделу «Преступное попрание законов и обычаев войны об обращении с военнопленными», внес в качестве доказательства СССР—54 основные выводы из «Сообщения Специальной комиссии по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров» (см. № 215). Однако адвокат Геринга О. Штаммер 3 марта внес ходатайство о вызове нескольких свидетелей в опровержении этого «Сообщения». 12 марта МВТ счел возможным удовлетворить это ходатайство.
[3] Штаммер Отто, немецкий адвокат, вступил в адвокатуру в 1907 г. В 1939—1945 гг. юрисконсульт германского флота, в 1945 г. — председатель палаты адвокатов провинций Шлезвиг-Гольштейн, на Нюрнбергском процессе, будучи защитником Геринга, являлся негласным лидером защитников всех подсудимых.
[4] Текст Устава см.: Нюрнбергский процесс. Сб. материалов в 8 томах. Т. 1., М., 1981. С. 146-153.
[5] Имеется в виду «Декларация об ответственности гитлеровцев» от 30 октября 1943 г., подписанная Ф.Д. Рузвельтом, У. Черчиллем и И.В. Сталиным. См. подробнее: Н.С. Лебедева. Подготовка Нюрнбергского процесса. М., 1975. С. 22—24.
[6] Руденко Роман Андреевич (1907—1981) — в годы войны в органах Прокуратуры СССР, с 1944 г. — прокурор УССР, в 1945—46 гг. главный обвинитель от СССР на Нюрнбергском процессе, в 1953—81 гг. генеральный прокурор СССР.
[7] Пункт «е» ст. 24 предусматривал: «Допрашиваются свидетели обвинения, а затем свидетели защиты, после чего обвинитель или защитник представляют такие доказательства в опровержении доказательств, представленных другой стороной, какие Трибунал признает допустимыми».
[8] Лоуренс Джеффри (1880—1947) — лорд-судья Великобритании, на судейских должностях с 1906 г., в сентябре 1945 г. был назначен членом Международного военного трибунала от Великобритании и затем избран председателем МВТ.
[9] Оберхойзер Евгений, генерал-лейтенант вермахта, начальник отдела связи группы армий «Центр», в непосредственном подчинении которого находился штаб 537-го батальона. Вызывался Трибуналом в качестве свидетеля защиты.
[10] Берг — один из офицеров 537-го батальона.

На правах рекламы: