Библиотека
Исследователям Катынского дела

Вояж Н. Чемберлена в Берхтесгаден

Правящие верхушки Англии и Франции все больше склонялись к тому, чтобы отдать Судетскую область гитлеровской Германии, надеясь достигнуть таким путем взаимопонимания между Британской империей и фашистским рейхом. 7 сентября в передовой статье газеты «Таймс» открыто был поставлен вопрос, не следует ли чехословацкому правительству подумать о передаче Германии Судетской области.

Один из деятелей консервативной партии, Г. Ченнон, отмечал в дневнике, что эта передовая статья явилась результатом договоренности Галифакса с издателем «Таймс» Дж. Даусоном и была «пробным шаром», запущенным с целью выявить позицию общественности и подготовить ее к опубликованию доклада Ренсимена с аналогичными предложениями1. Галифакс говорил 11 сентября 1938 г., что присоединение к Германии Судетской области — это единственная надежда избежать войны. Для решения этого вопроса он считал желательным созвать конференцию четырех держав — Англии, Франции, Германии и Италии2.

Вопрос о созыве конференции в тот же день был обсужден английским послом в Париже Э. Фиппсом с генеральным секретарем МИД Франции А. Леже. Французский дипломат выразил полное согласие с идеей созыва такой конференции, специально отметив нежелательность приглашения на конференцию Советского Союза3. 13 сентября решение о целесообразности созыва конференции было принято на заседании французского правительства. Об этом сразу же было сообщено в Лондон. Ж. Бонне считал, что целью конференции должно явиться принятие решения о передаче Судетской области Германии и что в ней должны участвовать четыре западные державы4. Это было полным отречением правительства Даладье — Бонне от борьбы с агрессией, от союзных договоров с СССР и Чехословакией, капитуляцией перед фашистским рейхом5.

13 сентября в связи с обострением международного положения в результате того, что фашистская агентура повсеместно начала в Судетской области провокационные акции, на совещании английского премьера со «старшими министрами» по инициативе Чемберлена было принято решение о срочной поездке его в Германию6.

Это был сверхсекретный план «Зет». Британский премьер полагал, что, возможно, придется привлечь к осуществлению плана «Зет» и лорда Ренсимена, отправленного им незадолго до этого в Прагу в качестве посредника между чехословацким правительством и судетскими немцами. Поэтому Чемберлен послал ему 12 сентября письмо, в котором изложил суть этого плана. Я решил, писал британский премьер, сделать неожиданный и драматический шаг, а именно отправиться в Германию для встречи с германским канцлером. Если Гитлер согласится, а ему отказаться будет трудно, «я сумею убедить его, что у него имеется неповторимая возможность достичь англо-немецкого понимания путем мирного решения чехословацкого вопроса. Обрисую перспективы, исходя из того, что Германия и Англия являются двумя столпами европейского мира и главными опорами против коммунизма и поэтому необходимо мирным путем преодолеть наши нынешние трудности... Будем обсуждать и другие политические вопросы. Один из них будет касаться, вероятно, системы договоров между Францией, Чехословакией и Россией... Наверное, можно будет найти решение, приемлемое для всех, кроме России. Это и есть план Зет»7.

В этом небольшом документе как в капле воды отражена суть внешнеполитического курса британских консерваторов — достижение империалистического сговора Англии с Германией с целью устранения опасности войны на Западе и поощрения антисоветских замыслов германского империализма и фашизма. Этот документ является ключом, который дает возможность разобраться во всех хитросплетениях британской дипломатии накануне второй мировой войны.

В Берлине, разумеется, понимали, что приезд Н. Чемберлена в тех условиях мог означать только одно — готовность Англии на серьезные уступки. К тому же гитлеровцам удалось раскрыть чужие коды, и они были в курсе переговоров между Лондоном и Парижем, с одной стороны, и Прагой — с другой. Поэтому судетские немцы открыто начали выступать (разумеется, по указанию Гитлера) с требованием о присоединении Судетской области к Германии, а Гитлер просто «разыгрывал» Чемберлена8.

К этому времени в результате совещаний с командованием вермахта германский канцлер склонялся к выводу, что осуществить захват сразу всей Чехословакии будет не так-то просто. Это был довольно твердый орешек: большая часть германо-чехословацкой границы проходила по Судетским горам, превращенным чехословацкой армией в почти не проходимую линию обороны. Но ввиду капитулянтской позиции Англии и Франции вполне возможно присоединить к германскому рейху без особых осложнений вместе с судетскими немцами и Судетские горы со всеми этими укреплениями. После этого Чехословакия, лишенная укрепленной оборонительной линии и значительно ослабленная во многих других отношениях, будет представлять уже легкую добычу. Это был бы тогда орешек без скорлупы.

15 сентября Н. Чемберлен в сопровождении Г. Вильсона и У. Стрэнга прибыл в Берхтесгаден — резиденцию фашистского канцлера. Английский премьер начал беседу с фашистским канцлером с заявления о его стремлении к англо-германскому сближению и выразил пожелание обменяться общими взглядами о политике обеих держав. Гитлер проявил, однако, явное нежелание обсуждать такого рода проблемы. Он свел все переговоры к рассмотрению интересовавшего его конкретного вопроса. Гитлер решительно потребовал передачи Германии Судетской области, угрожая в противном случае мировой войной. Он требовал также ликвидации договоров Чехословакии о взаимопомощи с другими странами. Чемберлен выразил готовность удовлетворить эти требования, но заявил, что должен получить на это официальную санкцию своего правительства, а также согласовать вопрос с французским правительством9.

Берхтесгаденское свидание дало Гитлеру возможность сделать вывод, что ему нечего опасаться противодействия Англии в связи с его планами захвата Судетской области.

Более того, вскоре же после встречи представитель МИД Германии при ставке Гитлера В. Хевель получил сведения о том, что «Гитлер планирует затем захват всей Чехословакии. Он теперь совершенно уверен в осуществлении этой задачи без вмешательства британского правительства»10.

Изложив на совещании с лордом Галифаксом, Саймоном и Хором итоги своих переговоров с Гитлером, Чемберлен заявил, что он считает возможным удовлетворить требование Гитлера о присоединении к Германии Судетской области. Он подчеркивал лишь важность того, чтобы это было осуществлено «упорядоченным способом», то есть не вызвало вооруженного конфликта. Чемберлен выражал уверенность, что урегулирование судетского вопроса откроет путь к англо-германскому соглашению11.

Еще даже и не зная конкретного содержания происходивших в Берхтесгадене переговоров, М.М. Литвинов телеграфировал в тот же день из Женевы: «Что Чехословакия будет предана, не подлежит сомнению»12. Более подробно сообщал в Париж 18 сентября о мнении М.М. Литвинова генеральный секретарь французской делегации на ассамблее Лиги наций Р. Арналь. Советский нарком охарактеризовал поездку Чемберлена как капитуляцию перед Гитлером, писал Арналь, потерю Англией и Францией престижа и подрыв их влияния в Европе. В связи с этим перед Советским Союзом, естественно, встает вопрос, не следует ли ему пересмотреть свою позицию. Вместе с тем нарком предупреждал, что Германия не удовлетворится сделанными ей уступками, а выдвинет новые требования. В недалеком будущем между Францией и Англией, с одной стороны, и Германией и Италией — с другой, неизбежно разразится война, причем в условиях, крайне неблагоприятных для первых13.

Французский посол в Москве Р. Кулондр также был весьма встревожен тем, что заключение нового соглашения типа «пакта четырех» может отразиться на позиции СССР. Перед Советским Союзом может встать вопрос, писал Кулондр, о необходимости заключения соглашения с Германией, а в результате этого усилились бы позиции Германии по отношению к западным державам14.

На совещании глав правительств Англии и Франции в Лондоне 18 сентября было решено удовлетворить требование Гитлера о расчленении Чехословакии. Это решение вызвало смущение даже у некоторых представителей правящих кругов Англии. «Кажется чудовищным, как мы с расчетливым цинизмом подписались под уничтожением свободы 9 млн человек»15, — отмечал в своем дневнике генерал У. Айронсайд. Французский поверенный в делах в Лондоне признал, что принятые англичанами и французами решения являются «самым позорным» актом французского правительства за многие годы16.

На следующий день англо-французские пособники фашистских агрессоров вручили чехословацкому правительству ноты, содержавшие, по существу, совместное ультимативное требование Германии, Англии и Франции о передаче рейху Судетской области. Одновременно английское и французское правительства потребовали согласия Чехословакии на замену ее договоров о взаимной помощи с другими странами общей гарантией от неспровоцированной агрессии, выражая готовность принять участие в этой гарантии17.

16 сентября Ж. Бонне снова решительно предупредил чехословацкого посланника С. Осуского, что Чехословакии не следует рассчитывать на помощь Франции18. После вручения упомянутых нот Бонне заявил Осускому, что если Чехословакия не примет содержащихся в ней требований, то Англия и Франция никакой помощи ей не окажут, а бросят ее на произвол судьбы19.

Пригласив к себе 20 сентября английского посла для совершенно секретного разговора, президент США Ф. Рузвельт признал, что Англия и Франция требуют от Чехословакии «самой ужасной, безжалостной жертвы, которая когда-либо требовалась от какого-нибудь государства». В то же время Рузвельт заявил, что если осуществляемый англичанами курс окажется успешным, то он «был бы первым, кто приветствовал бы его»20. Когда в тот же день чехословацкий поверенный в делах обратился к американскому правительству с просьбой опубликовать хоть какое-то заявление в поддержку Чехословакии, эта просьба была оставлена без внимания21.

Примечания

1. См. The Diaries of Sir Henry Channon. — L., 1967. — P. 164—165.

2. См. The Diplomatic Diaries of Oliver Harvey. — P. 176—177.

3. См. DBFP. — Ser. 3. — Vol. 2. — P. 292.

4. См. The Diplomatic Diaries of Oliver Harvey. — P. 178.

5. В связи с планами созыва конференции главный дипломатический советник Форин оффиса Р. Ванситтарт, выступавший против такой конференции, представил Галифаксу записку, в которой отмечал, что суть ее заключалась бы в том, чтобы «изгнать Россию из Европы», что «целиком и полностью было бы на руку Германии» (Colvin I. Op. cit. — P. 248—249).

6. См. Sunday Times. — 1969. — Jan. 5.

7. Крал В. План «Зет.» — М., 1978. — С. 241; Haas G. Münchner. Diktat 1938 — Komplott zum Krieg. — Berlin, 1988. — S. 207—208.

8. См. Die Weizsäcker-Papiere, 1933—1950. — F. a/M., 1974. — S. 169.

9. См. ADAP. — Ser. D. — Bd 2. — S. 627—636.

10. Цит. по: Kordt E. — Op. cit. — S. 259.

11. См. Public Record Office. — Cab. 27/646. — P. 25—29.

12. Документы внешней политики СССР. — Т. 21. — С. 494.

13. См. DDF. — Sér. 2. — Т. 11. — P. 300.

14. См. Ibid. — P. 694—696.

15. The Ironside Diaries. — P. 64.

16. См. FRUS, 1938. — Vol. 1. — P. 618.

17. См. Документы и материалы кануна второй мировой войны. — Т. 1. — С. 170—171.

18. См. DDF. — Sér. 2. — Vol. 11. — P. 268.

19. См. Документы по истории мюнхенского сговора. — С. 235—236; DDF. — Sér. 2. — Т. 11. — P. 347—348.

20. DBFP. — L., 1954. — Ser. 3. — Vol. 7. — P. 627.

21. См. FRUS, 1938. — Vol. 1. — P. 626.

 
Яндекс.Метрика
© 2022 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты