Библиотека
Исследователям Катынского дела

На правах рекламы:

Коррозия меди в декоре интерьеров – лучшее от компании ТБИ

Геополитика — псевдонаучная база фашистской идеологии

Одной из характерных особенностей германского фашизма являлось сочетание методов террористического подавления народных масс с самой разнузданной демагогией. Бросая сотни тысяч противников фашистского режима в тюрьмы и концентрационные лагеря, свирепо подавляя малейшие антифашистские выступления, установив в стране систему тотального шпионажа и слежки, гитлеровцы упорно стремились сохранить и расширить базу фашистской диктатуры. Они подкупали верхушечные слои рабочих и мелкой буржуазии, настойчиво вели идеологическую обработку немецкого населения в целях превращения его в послушное орудие фашистской военной машины.

Подобно тому как сама фашистская диктатура была вызвана к жизни стремлением наиболее агрессивных и реакционных кругов германского монополистического капитала подавить демократическое и революционное движение и развязать новую войну за передел мира, так и вся идеология немецкого фашизма была подчинена одной цели — проповеди исторической необходимости такой войны и последующего порабощения народов всего мира германским империализмом. Нацистская идеология явилась детищем разбойничьего германского империализма. «Монополистический капитал, — указывается в Программе КПСС, — порождает идеологию фашизма — идеологию крайнего шовинизма и расизма»1.

Основой фашистской пропаганды явилась ложь о недостатке у немецкого народа «жизненного пространства». Обманывая немецкий народ, гитлеровцы утверждали, что все бедствия и лишения немецких трудящихся и мелкобуржуазных масс объясняются исключительно чрезмерной плотностью населения в Германии, несоответствием между количеством населения и размерами территории и что вследствие этого единственный путь к подъему жизненного уровня немецкого народа лежит в расширении его «жизненного пространства».

Стремление германских империалистов к захвату рынков и сфер приложения капиталов гитлеровцы пытались выдать за «естественную потребность всего немецкого народа в новых территориях». Подобные заявления нацистов не являлись чем-то оригинальным. Уже с момента выхода германского империализма на международную арену его идеологи стремились маскировать безграничные захватнические замыслы немецких плутократов ссылками на несоответствие численности населения и территории Германии. «Наши границы слишком тесны, — говорил, например, в 1912 году на съезде пангерманского союза барон Фитингоф-Шелл, — мы должны завоевывать новые территории для колонизации, иначе мы превратимся в вымирающий народ, неполноценную расу... Если бы немецкий народ боялся войны, он бы вымер. Если в империи распространяется недовольство, то причиной тому — земельный голод»2.

В веймарской Германии ложь о недостатке «жизненного пространства» широко использовалась деятелями реакционных буржуазных партий для оправдания реваншистских требований о пересмотре границ Германии, установленных Версальским договором.

Гитлеровцы придали пропаганде лживой идеи о недостатке у немцев «жизненного пространства» невиданный до того размах и подняли ее на уровень государственной политики. Лозунг «Народ без территории» стал официальным тезисом фашистского правительства. «Имеющаяся площадь слишком ограничена для 60 млн. населения», — провозгласил Гитлер. «Мы — народ без территории, — вторил ему министр продовольствия и земледелия Дарре. — У нас мало земли, поэтому мы попытаемся добыть себе недостающую землю». Добыть «жизненное пространство», развивали свою лживую идею гитлеровцы, можно лишь путем войны. «Никакая ловкость здесь не поможет, — объявил Гитлер, — решение возможно только при помощи меча»3.

Болтовней о недостатке «жизненного пространства» гитлеровцы не только стремились внушить немецкому народу мысль о неизбежности новой захватнической войны, но и замаскировать тот факт, что бедствия и лишения трудящихся Германии были непосредственно связаны лишь с существованием в стране антинародного капиталистического строя. Германские фашисты кричали о необходимости захвата чужих земель, тогда как в самой Германии небольшая кучка крупнейших юнкеров — 3668 семей владели поместьями площадью 10,3 млн. га, причем лишь 17 из них во главе с бывшим императорским домом Гогенцоллернов владели 600 тыс. га.

Под надуманную идею о недостатке у немцев «жизненного пространства» гитлеровцы пытались подвести научную базу. Ею служила лженаука — геополитика, получившая в гитлеровской Германии официальное признание4.

Гипертрофически преувеличивая значение географического фактора, геополитика пытается ставить развитие человеческого общества и отдельных государств в прямую зависимость от географической среды — климата, наличия полезных ископаемых, плотности населения, географического положения той или иной страны. Объявляя эти факторы главными и определяющими, геополитики тем самым отрицают решающую роль способа производства в развитии общества. Согласно воззрениям геополитиков, возросшей мощи государства должна соответствовать и более обширная территория. Поэтому геополитика рассматривает войны как закономерное и неизбежное явление, вытекающее из самого характера исторического развития человеческого общества: «Нет войн, нет и движения человечества вперед».

Геополитика не является продуктом фашистского происхождения. В конце XIX века с геополитическими концепциями выступили американец Мэхан и англичанин Маккиндер, в кайзеровской Германии геополитические идеи получили распространение в работах Фридриха Ратцеля, Рудольфа Челлена и ряда других пангерманистов.

Возникновение и широкое распространение геополитических взглядов, особенно в США и Германии, было не случайным. Геополитика являлась идеологическим прикрытием стремления агрессивных кругов молодых империалистических стран к дележу колоний, новому переделу мира и установлению своего мирового господства. В то же время геополитики видели в новых территориальных захватах путь к смягчению классовых противоречий внутри империалистических стран.

Немецко-фашистскую школу геополитиков возглавил генерал Карл Гаусгофер. В 1921 году, будучи профессором Мюнхенского университета, он познакомился с руководителем местной организации фашистской партии Рудольфом Гессом и стал оказывать сильное влияние на формирование политических взглядов нацистских вожаков. После провала «пивного путча» Гаусгофер посетил Гесса и Гитлера в тюрьме Ландсберг и передал им книги Ратцеля, Челлена и других столпов геополитики. Их идеи и были в значительной части положены Гитлером в основу библии германского фашизма — человеконенавистнической книжки «Майн кампф».

В многочисленных трудах Гаусгофера (им одним опубликовано 40 монографий, свыше 400 статей, не считая многочисленных устных докладов и выступлений) и его учеников — Обета, Вовинкеля, Мауля, Лаутензаха и др. — «старые» геополитические теории были обновлены в соответствии с потребностями германского фашистского империализма. Если в прошлом теоретики геополитики стыдливо маскировали агрессивную сущность своих концепций, то фашистская школа геополитиков считала это излишним. «Задача геополитики, — провозгласил Гаусгофер, — выковать духовное оружие, действие которого предшествовало бы применению настоящего оружия»5. Прежние геополитические школы доказывали, что для политики государства определяющим является ряд географических факторов, в том числе и климат. Что касается фашистских геополитиков, то они утверждали, что из географических факторов лишь территория определяет развитие государства, да и то на 25%, а остальные три четверти определяются расовой принадлежностью народа и «ниспосланным богом фюрером»6. Здесь фашистская геополитика прямо смыкалась с расовой теорией гитлеровцев и давала идейное «обоснование» принципу вождизма, господствовавшему в политической и экономической жизни фашистской Германии.

Гитлеровцы приспособили к своим агрессивным целям и реакционную теорию Мальтуса. Однако в отличие от Мальтуса они утверждали, что недостаток средств питания на земле носит не абсолютный, а относительный характер: одни народы захватили якобы слишком много в ущерб другим. Если немцам, утверждали фашисты, «с их техникой и их усердием» предоставить достаточную территорию, то противоречие между ростом народонаселения и недостатком средств потребления будет ликвидировано.

Фашистская геополитика уходит своими корнями в реакционную буржуазную теорию социального дарвинизма. В 1934 году фашистский историк Эрих Ротакер опубликовал книгу «Философия истории», в которой утверждал, что человек — это «лишь покрытый тонким слоем лака прирученный дикий зверь»7.

Таким образом, гитлеровцы пытались выдать за вечное и исторически неизбежное явление не только ожесточенную конкурентную борьбу, присущую буржуазному обществу, но и опять-таки подвести идейную базу под свои захватнические планы. Всячески затушевывая тот факт, что агрессивная внешняя политика Германии является выражением экономики немецкого монополистического капитализма, фашистские геополитики пытались выдать ее за результат действия биологических законов роста. Путем эклектического смешения и объединения положений географического детерминизма, социального дарвинизма, расовой теории, неомальтузианства и национализма фашистские геополитики создали одно из наиболее реакционных и человеконенавистнических социологических учений. С полным основанием можно сказать, что фашистская геополитика объединила все наиболее реакционное и грязное из буржуазных социологических концепций прошлого и настоящего.

Сами фашисты признавали, что геополитика не имеет ничего общего с объективной наукой, что ей чужда «враждебная жизни объективность». Задача геополитики, заявляли они, состоит в том, чтобы «воспитать весь народ в том духе, что он задыхается от недостатка пространства, воздуха для дыхания...»8. Школа фашистских геополитиков во главе с Гаусгофером формулировала целый ряд геополитических «законов», якобы вытекающих из «естественной обусловленности» устремлений сильных государств к захвату соседних земель. В качестве таких «законов», например, выдвигались тяготение континентальных государств к морю, стремление к захвату противоположного берега и овладению целым морским бассейном, «перерастание» через океан, овладение реками как естественными границами или системами рек как факторами сохранения государства. Кроме того, фашистские геополитики в качестве «естественного закона» проповедовали идеи враждебности государства всем своим соседям и «нежизнеспособности» малых стран. В соответствии с этим, например, Чехословакию и Польшу — объект первого удара немецких экспансионистов — они объявляли «искусственным продуктом врагов Германии», «отсеченными членами тела Германии».

Уже простое перечисление «геополитических законов» показывает, что они были придуманы с единственной целью: узаконить любой грабительский захват гитлеровцами чужих земель, замаскировать истинные причины империалистических войн и оправдать будущие военные преступления германских агрессоров.

Естественно, что фашистские геополитики оправдывали все прошлые захватнические войны прусских милитаристов и германских империалистов, объявляя их необходимыми с геополитической точки зрения. Фридрих II, Бисмарк и Гитлер превозносились как люди, обладающие высоким уровнем геополитического мышления. И, напротив, недостаточное знание основ геополитики руководителями кайзеровской Германии было объявлено главной причиной поражения германского империализма в первой мировой войне.

Обосновывая претензии германских монополистов на мировое господство, фашистские геополитики в этом плане пытались определить главнейшие направления территориальных захватов. Прежде всего они подхватили и подняли на щит старую идею немецких милитаристов о необходимости создания «срединной Европы» с Германией в центре. Создание «срединной» или, по фразеологии гитлеровцев, «нордической Европы» должно было на деле означать полное порабощение народов Европы германским империализмом. «В центре арийского гнезда — большое центральное государство, — писал фашист Дарре, — Чехия, Моравия, Австрия должны составлять его нераздельную часть. Вокруг этого блока — система маленьких и средних вассальных государств. Такова будущая основа великого германского государства. Балтийские государства, Польша, превращенная в чисто географическое понятие и отделенная от моря с севера, увеличившаяся Венгрия, поделенные Сербия и Хорватия, уменьшившаяся Румыния, отделенная Украина, целый ряд южнорусских областей и государств, а также государств кавказских — такова будущая Федеративная германская империя, откуда Германия будет черпать свое могущество... Все это будет сцементировано общей армией, экономической, финансовой системой, общей внешней политикой». Чтобы не было никаких сомнений в характере этой «нордической федерации», Гитлер пояснял: «Это будет федерация, но члены ее не будут, естественно, равноправны с немцами. Союз второстепенных народов, не имеющих ни армии, ни собственной политики, ни собственной экономики, — вот что будет представлять собой эта федерация»9.

Гитлеровские планы создания «нордической Европы» были непосредственно продиктованы ведущими монополиями страны. Еще в 1931 году Карл Дуисберг, являвшийся тогда председателем правления концерна «ИГ Фарбениндустри», заявил, что «ограниченность национальной экономической территории должна быть компенсирована межнациональными экономическими территориями... Необходимо создать тесное экономическое объединение от Бордо до Одессы в качестве станового хребта Европы»10.

Однако «нордическая Европа» должна была, по мысли фашистских геополитиков, явиться отнюдь не конечной целью, а лишь первым этапом на пути осуществления более обширных экспансионистских замыслов. Дальше на очереди стояло включение в немецкое «жизненное пространство» «Евразии», то есть всех без исключения народов европейского континента, а также Ближнего и Среднего Востока, Индии.

Особенно большое место в планах фашистских геополитиков отводилось завоеванию советских земель и порабощению народов Советского Союза. Традиционный прусско-милитаристский «натиск на Восток» дополнялся лютой ненавистью гитлеровцев к социалистической стране — оплоту антивоенных, антифашистских и демократических сил во всем мире. Причем фашистские геополитики не без оснований считали, что антисоветская «восточная политика» гитлеровской Германии встретит поддержку западных держав. Не случайно поэтому создание фашистской «Евразии» немецкие геополитики мыслили начать с Прибалтики, Советской Украины и Кавказа.

Антисоветская направленность фашистской геополитики была предельно ясно сформулирована Гитлером в книге «Майн кампф». «Мы, национал-социалисты, — говорилось там, — сознательно подводим черту под внешней политикой Германии довоенного времени. Мы... переходим к политике будущего — к политике территориальных завоеваний. Но когда мы в настоящее время говорим о новых землях в Европе, то мы должны в первую очередь иметь в виду лишь Россию и подвластные ей окраинные государства. Сама судьба как бы указывает этот путь».

Идеологическим прикрытием подготавливавшегося нового разбойничьего «похода на Восток» служили многочисленные «труды» так называемых «исследователей Востока». Еще до фашистской диктатуры в Германии существовал целый ряд институтов по изучению Востока, которые публиковали псевдонаучные работы, призванные «доказать» цивилизаторскую миссию Германии на Востоке и одновременно готовили шпионско-диверсионные кадры для засылки в Советский Союз и страны Восточной Европы. С приходом гитлеровцев к власти деятельность этих центров по «изучению» Востока приняла еще более широкий размах. Для осуществления подрывной политики в Прибалтике в 1933 году возникает «общество по исследованию северных и восточных германцев». В Лейпциге в 1934 году при совместном участии органов СС, службы армейской разведки и контрразведки, а также министерства иностранных дел был создан «институт истории культуры Юго-Восточной Европы». В 1937 году теми же органами в Ваннзее был основан другой центр по «исследованию Востока»11.

Фашистские «исследователи Востока» усердно занимались «черновой работой», стремясь подготовить фашистскому вермахту почву для разбойничьей войны против народов Восточной Европы. Наряду с прежними функциями они в период фашизма взяли на себя разработку планов организации кровавого гитлеровского «нового порядка» для оккупируемых Германией стран Восточной Европы и подготовку кадров фашистских колонизаторов.

Завершить создание немецко-фашистской «Евразии», указывали фашистские геополитики школы Гаусгофера, должно было подчинение стран Западной Европы. Однако это отнюдь не удовлетворяло аппетит немецких империалистов и их геополитических прислужников. Вслед за «Евразией» планировалось создать немецкую «Еврафрику». Европа, Азия и Африка должны были, по мнению фашистских геополитиков, стать германской колонией. Отметим, что нападение гитлеровской Германии на СССР фашистские геополитики впоследствии рассматривали в качестве важнейшего шага к достижению этой цели. «Решение 22 июня 1941 г., — писал орган фашистских геополитиков, — раскрывает и широким кругам величайшую задачу геополитики... вызвать к жизни Евразию и Еврафрику»12.

Гитлеровцы разрабатывали детальные планы порабощения и эксплуатации народов Азии и Африки. «Мы нуждаемся не только в Европе, но и в захвате всех ее колоний»13, — заявлял Гитлер в тесном кругу сообщников еще до прихода к власти. Гитлеровцев и их вдохновителей — магнатов тяжелой и военной промышленности Германии привлекали прежде всего огромные природные богатства африканского и азиатского континентов. В то же время гитлеровцы вели широкую пропагандистскую кампанию, заверяя население, что фашистское правительство стремится к захвату колоний лишь с целью повышения жизненного уровня немецких трудящихся и восстановления «равноправия» Германии. Весной 1936 года все колониальные организации в стране были объединены в единый имперский колониальный союз, перед которым была поставлена задача — «воспитывать немецкий народ в духе необходимости приобретения колоний»14.

КПГ последовательно разоблачала нацистскую демагогию в колониальном вопросе. «Когда Гитлер говорит, что Германия нуждается в колониях, — писал В. Ульбрихт в нелегально опубликованной брошюре, — то он подразумевает под этим, что немецкие монополии жаждут захватить испанскую руду, китайский вольфрам, серебряные рудники Марокко, украинскую пшеницу, богатство Судет и Австрии. Немецкие монополисты желали бы распространить на весь мир жесточайшие фашистские методы эксплуатации, которые господствуют сегодня в Германии»15.

Однако фашистские идеи о необходимости захвата колоний получили довольно широкое распространение среди населения. Теоретический орган КПГ «Ди интернационале» в письмах коммунистов-подпольщиков сообщал:

«Западная Германия. Колониальная пропаганда нацистов не встречает серьезного отпора. Большую роль при этом играет утверждение, что овладение колониями немедленно положит конец всем трудностям с продовольствием и сырьем. Особенно мелкобуржуазные круги возлагают на это большие надежды.

Бремен. Требование «Дайте нам колонии!» вносит замешательство в ряды пролетариата.

Металлургическое предприятие в Юго-Западной Германии. Рабочие убеждены, что борьба за мир необходима. Но в то же время они говорят, что Германии необходимы колонии. Тем самым был бы положен конец нужде»16.

Бредовым планам порабощения народов трех континентов фашистские геополитики пытались придать наукообразную форму. Мировому океану, утверждали они, соответствует и мировой остров, состоящий из трех континентов — Европы, Азии и Африки. Геополитическим центром этого «острова» является Европа, а центром Европы — Германия. По существу это был перепев на новый лад старой погудки прусско-немецких милитаристов: «Король во главе Пруссии, Пруссия во главе Германии, Германия во главе всего мира».

Вполне закономерно, что вся эта геополитическая галиматья, в наибольшей степени отвечая гитлеровским планам установления мирового господства, не только получила в фашистской Германии широчайшее распространение, но и была возведена на уровень государственной доктрины17.

Не случайно после прихода нацистов к власти Гаусгофер был произведен в президенты Немецкой академии в Мюнхене, которая затем была преобразована в институт для «научного исследования и помощи германизму». Под руководством Гаусгофера институт способствовал созданию фашистской «пятой колонны» среди немцев, проживавших за границей. Произведенный в генералы СС Гаусгофер стал одним из главных руководителей заграничной организации гитлеровской партии.

Гаусгофер и другие виднейшие представители фашистской геополитической школы постоянно консультировали внешнеполитическое бюро нацистской партии и министерство иностранных дел по важнейшим международным вопросам. Так, 29 марта 1938 г. Гаусгофер принимал участие в созванном Риббентропом экстренном совещании, на котором обсуждался вопрос об использовании судетских немцев для подрыва чехословацкого государства изнутри. Фашистская геополитика на протяжении ряда лет идеологически подготовляла захват Австрии.

Гитлеровцы положили геополитику в основу фашистского воспитания молодежи в школах и университетах. «Геополитика является одним из основных источников национал-социалистского воспитания»18, — заявил в 1935 году руководитель фашистского союза учителей Родер. Во всех университетах были созданы кафедры геополитики, а экзамен по этому предмету считался обязательным.

Геополитика подменила политэкономию, географию, историю и целый ряд других дисциплин. Произошла, по выражению гитлеровцев, «геополитическая унификация» всех отраслей науки. Возникли «геоэкономика», «геопсихология», «геостратегия» и т. д.

«Географическая правовая наука» пропагандировала установку геополитика Челлена о том, что «действительный принцип государства — не право, а политическая целесообразность»19. Действуя в этом направлении, фашистские «геоюристы» во главе с Карлом Шмидтом прикрывали соответствующими философско-правовыми теориями гитлеровский кровавый террор внутри страны и агрессивные акты германского империализма на международной арене.

Фашистские геополитики превратили школьное и университетское преподавание географии в пропаганду захватнических замыслов германского империализма. Учебные карты были изъяты и заменены геополитическими картами, воспитывавшими ненависть к другим, прежде всего соседним, народам. Фашисты заявляли, что обучать школьников и студентов по обычным географическим картам вредно, ибо это значит закреплять представление о существующих «статичных» границах, тогда как нужно, мол, учить германскую молодежь тому, что границы должны постоянно пересматриваться в зависимости от роста потребностей Германии в «жизненном пространстве».

Буржуазный пацифизм, а тем более активная борьба за мир были объявлены в фашистской Германии «национальным преступлением». «Мужчине перестать воевать — все равно, что женщине перестать рожать», — объявил Геббельс. Показательной является судьба видного немецкого пацифиста, буржуазного журналиста Карла Осецкого. Он был брошен гитлеровцами в концентрационный лагерь и замучен фашистскими палачами, несмотря на то что, уже находясь в лагере, был награжден в 1936 году за свою деятельность в защиту мира международной Нобелевской премией20.

Выражая интересы монополий, геополитики стремились отвлечь трудящихся от борьбы против эксплуататоров внутри страны в сторону борьбы против других народов. «Геополитика, — с полным основанием пишет немецкий философ-коммунист Гюнтер Хейден, — это разбойничье, фашистское и в высшей степени антинаучное учение на службе монополистов, банкиров и юнкеров, стремившихся обосновать и оправдать открытую террористическую диктатуру внутри страны и борьбу за мировое господство вовне»21.

Примечания

1. «Программа Коммунистической партии Советского Союза», стр. 53.

2. Цит. по J. Kuczynski, Studien zur Geschichte des deutschen Imperialismus. Bd. II, S. 42.

3. «PHN», Bd. VIII, S. 151.

4. Термин «геополитика» введен в обращение в конце XIX века шведско-немецким юристом Рудольфом Челленом, который стремился тем самым подчеркнуть связь между географическим пространством и политикой государств.

5. К. Haushofer, Grenzen in ihrer geographischen und politischen Bedeutung, Heidelberg — Berlin — Magdeburg, 1939, S. 200.

6. «Zeitschrift für Geopolitik», 1936, Heft 5, S. 331; K. Haushofer, Weltpolitik von heute, В., 1934, S. 24.

7. В августе 1960 года Э. Ротакер в качестве представителя сообщества западногерманских реакционных историков, именуемого «Вопросы методологии истории», пытался протащить свои фашистские взгляды в выступлении на XI Международном конгрессе историков в Стокгольме, однако встретил отпор со стороны историков СССР и других социалистических стран (см. «Neues Deutschland», 27. Aug. 1960).

8. К. Haushofe г, Grenzen in ihrer geographischen und politischen Bedeutung, S. 105.

9. Н. Rauschning, Hitler Speaks, N. Y., 1940, pp. 145—146.

10. «Cartels and National Security. Report from the Subcommittee on War Mobilization to the Committee on Military Affairs. U.S. Senate», part II, Wash., 1944, p. 74.

11. Именно этим «исследовательским» органом был разработан в 1942 году план поголовного уничтожения еврейского населения Европы, так называемый «протокол Ваннзее».

12. «Zeitschrift für Geopolitik», 1941, Heft 7, S. 369.

13. H. Rausсhing, Gespräche mit Hitler, Zürich, 1940, S. 30.

14. «Das deutsche koloniale Jahrbuch», В., 1940, S. 42.

15. «Zeitschrift für Geschichtswissenschaft», 1961, Nr. 3, S. 521.

16. «Die Internationale», 1937, Nr. 5—6, SS. 99—100.

17. «Мы оцениваем геополитику как государственное учение национал-социализма», — писал журнал «Zeitschrift für Geopolitik» (1936, Heft 1, S. 17).

18. «Zeitschrift für Geopolitib, 1935, Heft 6, S. 397.

19. Цит. по G. Heyden, Kritik der deutschen Geopolitik, В., 1958, S. 154.

20. В ответ на присуждение Нобелевской премии Карлу Осецкому гитлеровцы 30 января 1937 г. присудили «немецкую национальную премию» Альфреду Розенбергу за книгу «Миф XX столетия» — апологетику расовой ненависти и агрессивной войны («PHN», Bd., XXXII, Dok. PS-3559, S. 389).

21. G. Heyden, Kritik der deutschen Geopolitik, S. 76.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
Яндекс.Метрика
© 2017 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты