Библиотека
Исследователям Катынского дела

Охрана западной границы в условиях подготовки фашистской Германии к нападению на СССР

Демаркационная линия, установленная согласно советско-германскому коммюнике, с самого начала представляла собой, по существу, фронтовую линию между СССР и гитлеровской Германией, где еще до нападения фашистских войск на Советский Союз началась своеобразная «малая война» с разведкой рейха и провокационными выступлениями германской армии. Для охраны и обороны этой линии к 7 октября были сформированы 15 пограничных отрядов. 13 из них к 12 октября сменили части Красной Армии, находившиеся на демаркационной линии. К 16 октября пограничные войска приступили к охране вновь установленной границы и демаркационной линии от Латвийской ССР до Румынии.

10 января 1941 г. в Москве был подписан договор между СССР и Германией о советско-германской границе от реки Игорки до Балтийского моря, по линии бывшей фактической государственной границы между Литвой и Польшей и дальше от бывшей литовско-германской границы, установленной соглашениями между Германией и Литвой от 29 января 1928 г. и 22 марта 1939 г.

Установление новой государственной границы и выход в прямое соприкосновение с гитлеровской Германией, выдвинувшей свои войска к советской границе, создали на западе еще более сложную обстановку, активизировались разведки Германии, Венгрии, Румынии. Охрану германо-советской границы осуществлял таможенный надзор, усиленный подразделениями вермахта. Начали возводиться оборонительные сооружения. Германская пограничная охрана с самого начала систематически совершала вооруженные провокации.

Успехи немецко-фашистских войск в начале второй мировой войны еще более усилили стремление гитлеровской Германии к мировому господству, уничтожению Советского Союза. К этому же стремились и другие империалистические державы, ненавидящие социалистической строй СССР. Все соглашения между буржуазными странами в это время имели главную цель — не пресечение фашистской агрессии, а свержение Советской власти. «...Дух крестового похода повеял отовсюду... Раздавался один только клич: «Война России!»1 Империалисты принимали разносторонние меры, чтобы ввести в заблуждение общественное мнение, вызвать среди населения ненависть к Советскому Союзу. Английское правительство отозвало из Москвы своего посла, французское — объявило советского посла в Париже персоной нон грата. Такая политика дала возможность фашистской Германии успешно осуществлять агрессивные планы, развертывать в широких масштабах военные операции. Захватывая одно за другим европейские государства, гитлеровское руководство Германии одновременно проводило широкие мероприятия по подготовке главного похода — на Восток. С началом второй мировой войны германские власти делали вид, что они стремятся к дружбе Германии с СССР.

Тем не менее враждебная Советскому Союзу пропаганда не прекращалась, а по мере приближения начала войны с СССР она все более усиливалась, воспитание ненависти к социалистическому строю и советскому народу становилось все более настойчивым и изощренным.

13 мая 1941 г. начальником штаба верховного командования вермахта была подписана директива «Об особой подсудности в районе «Барбаросса» и особых мероприятиях войск». В этой директиве, в частности, говорилось о снятии какой-либо ответственности с немецких солдат и офицеров за любые преступления, совершенные ими на захваченной территории СССР2.

На оккупированной польской территории фашисты усиленно насаждали «новый порядок». В Польшу были переброшены большие группы нацистских чиновников, полиции, им активно помогали буржуазные националисты — оуновцы. Из буржуазных украинских националистов создавались вооруженные отряды, которые привлекались к охране демаркационной линии.

Обстановка на западной границе все более обострялась. Об этом свидетельствуют нарушения советских рубежей агентами германской разведки и различными бандами. Только за семь дней первой половины октября 1939 г. было задержано 3850 нарушителей, пытавшихся нелегально перейти пограничный рубеж3. Это объяснялось, во-первых, непосредственным соприкосновением с германскими войсками, во-вторых, стремлением значительного количества населения, особенно украинского и белорусского, проживавшего на оккупированной германскими войсками польской территории, перейти в СССР и, в-третьих, попытками классово враждебных элементов (реакционно настроенных офицеров, жандармов, полицейских, помещиков и т. п.), оставшихся на территориях западных областей Украины и Белоруссии, прорваться на Запад.

Однако главную опасность представляла активизация разведывательной деятельности органов фашистской Германии, изучавших в это время пограничные районы СССР. Следует также отметить, что украинские буржуазные националисты, тесно сотрудничавшие с гитлеровской разведкой, в это время стали в широких размерах перебрасывать из-за рубежа в СССР в одиночку и группами шпионов и диверсантов. 22 ноября 1939 г. в районе Лиско был задержан фашистский агент, завербованный из жителей Западной Украины. Нарушитель показал, что он имел задание проверить состояние дорог, мостов, установить дислокацию воинских частей, главным образом бронетанковых.

Спустя два дня на рава-русском участке нарушили границу три человека. Пограничники приняли все меры, чтобы задержать их. Двое нарушителей залегли и открыли огонь по наряду, а третий, пользуясь близостью границы, ушел на сопредельную территорию. Во время перестрелки один из нарушителей был убит, второй ранен и захвачен пограничниками.

Нарушители границы часто вторгались на советскую территорию под прикрытием огня германской пограничной охраны. 13 декабря 1939 г. агент абвера переплыл реку Буг и пытался скрыться на нашей территории, но был обнаружен. При задержании лазутчик вступил в перестрелку. В этот момент германские пограничники, пытаясь помочь шпиону, открыли огонь, по и это по спасло его. Нарушитель был взят пограничниками л доставлен на заставу.

В отличие от других участков границы тех лет на западе большинство задержании производилось с помощью оружия, поскольку приходилось либо отражать вооруженное нападение, либо подавлять вооруженное сопротивление нарушителей границы.

Немало хлопот пограничникам доставляли различные категории жителей сопредельных пограничных районов Польши, пытавшихся перейти на жительство в Советский Союз. Этим пользовались германские оккупационные власти. Стремясь создать конфликтную ситуацию, они организовывали незаконную переброску на территорию СССР мирных граждан и военнослужащих бывшей польской армии, нарушали договоренность о порядке обмена беженцами и создании нормальной обстановки на границе. В связи с массовым переходом беженцев на территорию Советского Союза на участке Владимир-Волынского отряда наш пограничный комиссар потребовал принять меры по поддержанию должного порядка на границе. Представитель германской армии под предлогом невозможности остановить поток беженцев цинично предложил советской стороне применять против мирных граждан оружие. Это заявление, несомненно, имело расчет спровоцировать пограничный инцидент и обвинить СССР в негуманном отношении к мирным гражданам.

В 1940 г. германская разведка значительно активизировала шпионскую деятельность против СССР. На всей оккупированной территории Польши, особенно в пограничной полосе с Советским Союзом, были размещены органы гестапо. Такое соседство свидетельствовало о том, что подрывная деятельность фашистов против нашей страны приобретала особый размах.

Основной опорой в разведывательной и контрразведывательной деятельности гитлеровской Германии против СССР на Западе являлась организация украинских буржуазных националистов. ОУН под непосредственным влиянием и руководством гестапо активно проводила преступную деятельность против Советского Союза, поставляла фашистам кадры разведчиков, диверсантов и террористов.

В течение всего 1940 г., и особенно во втором его полугодии, гестапо и ОУН, в частности ее центр, располагавшийся в то время в Кракове, вели интенсивную подрывную работу против СССР путем заброски на нашу территорию своих резидентов и агентов. Одна из основных задач СД, абвера4, гестапо заключалась в том, чтобы насажденная ими в западных областях Украины и Белоруссии агентура активизировала свою деятельность, создавала антисоветские организации, выполняла многочисленные разведывательные задания.

С 1940 г. и до вероломного нападения фашистской Германии на СССР государственную границу нарушали с оккупированной польской территории и Восточной Пруссии главным образом агенты германской разведки и эмиссары ОУН.

6 марта пограничники на одном из участков вступили в перестрелку с двумя нарушителями границы. Один из них был убит, другой ранен ц захвачен. Оба имели пистолеты, большую сумму денег в золотых монетах царской чеканки, долларах, советских рублях и польских злотых, большое количество антисоветских листовок5.

Нередко границу нарушали сравнительно большие группы шпионов и диверсантов. 7 февраля 1940 г. на участке Рава-Русского пограничного отряда на советскую территорию проникли 20 вооруженных человек. Под прикрытием огня они пытались скрыться. В течение суток, вступая в неоднократные схватки, пограничники задержали 13 нарушителей. Как потом выяснилось, они имели задание создать базу в пограничных районах6.

С лета 1940 г. количество нарушений и число нарушителей границы еще более увеличилось, особенно активизировали свою деятельность гестапо и оуновский «Центральный провод»7. Все чаще стали засылаться на советскую территорию большие вооруженные группы с целью активизации уцелевших на территории западных областей Украины оуновских организаций, а гестапо — для вербовки агентуры. Оуновцы вместе с тем занимались сбором разведывательных данных в пользу фашистской Германии. 6 июля 1940 г. пограничный наряд на участке Рава-Русского отряда обнаружил шесть вооруженных нарушителей границы, двумя группами пробиравшихся в тыл участка. Завязалась перестрелка. По сигналу с сопредельной территории обе группы спешно отошли за рубеж. На месте вооруженного столкновения было подобрано три пистолета, боеприпасы к ним, ручные гранаты, 5 компасов, 14 листов топографических карт, радиоприемник и передатчик, 155 чистых бланков различных советских учреждений с печатями8.

Каждое нарушение границы противником тщательно готовилось. 21 июля 1940 г. пограничники С.А. Попов и В.И. Кожевников на участке 2-й заставы Любомльского пограничного отряда обнаружили вблизи границы на сопредельной стороне двух неизвестных, которые вели наблюдение за местностью на советской стороне. О происходящем наряд доложил на заставу. Помощник начальника заставы предположил, что готовится нарушение, и для прикрытия участка выслал дополнительно командира отделения В.М. Беличева. С наступлением темноты наряд перекрыл вероятные пути движения нарушителей. В полночь двое лазутчиков перешли границу. Пограничники дали им возможность углубиться на нашу территорию, и в подходящий момент красноармеец Попов скомандовал: «Стой, бросай оружие!» Неизвестные бросились бежать. Тогда пограничники применили оружие. В результате один из нарушителей был смертельно ранен, второй задержан. Оба они выполняли задание германской разведки9.

Во второй половине июля 1940 г. обстановка на границе с оккупированной Польшей еще более обострилась. На сопредельной территории скопились большие группы военнопленных бывшей польской армии, намеревавшиеся прорваться в СССР. Такому переходу германские власти не препятствовали, рассчитывая с этими людьми забрасывать свою агентуру в СССР. Гитлеровская разведка и по ее заданию ОУН делали попытки засылать диверсантов для совершения преступных актов в ближайших пограничных районах.

Ранним утром 29 июля помощник начальника заставы младший лейтенант Комаров и красноармеец Кукурудзяк обнаружили на реке Буг двух нарушителей. Один из них уже вышел на советский берег, другой приближался к нему. Два других лазутчика на противоположном берегу готовились к переправе. Как только второй нарушитель вышел из воды, Комаров задержал его. Не ушел и его напарник. Оба они и два человека, оставшихся на сопредельной территории, имели диверсионное задание.

Задержанные 2 сентября на участке Перемышльского отряда два агента признались в причастности к абверу. Они должны были собирать сведения об укрепленных районах, гарнизонах Красной Армии, а также организовывать оуновские ячейки в пограничных районах СССР10.

Кроме активизации засылки агентуры в СССР усилилось наблюдение за советской территорией офицерским составом. Поэтому с конца сентября 1940 г. на ряде участков советской границы значительно возросла численность личного состава, охранявшего границу. Пограничные наряды теперь насчитывали до пяти человек вместо высылаемых ранее двух, все переправы и мосты через реку Сан были взяты под охрану.

Подавляющее число нарушителей границы шло из оккупированной фашистами Польши. На советско-польском участке за третий квартал 1940 г. было задержано 6614 нарушителей, из них 5134 человека при переходе в СССР11.

В начале октября 1940 г. обстановка на западном участке границы вновь осложнилась в связи с указанием зарубежного руководства ОУН о переброске в Германию всех оуновцев, занимавших видное место в этой контрреволюционной организации и находившихся на нелегальном положении в СССР.

Проводимая оуновцами и агентурой германской разведки подрывная работа в пограничных районах Западной Украины имела определенное воздействие на отдельных лиц, враждебно настроенных к Советской власти. Под их влиянием часть преступных элементов с октября 1940 г. предпринимала попытки уйти за кордон. 3 октября на участке 1-й заставы Перемышльского отряда пограничный наряд задержал одного из четырех вооруженных нарушителей, пытавшихся прорваться за границу. Задержанный оказался уголовным преступником, который показал, что в пограничных селах из числа уголовников организована группа численностью 16 человек, имеющая намерение уйти в Германию. В этот же день 8 человек из нее были задержаны, а 4 октября пограничники взяли еще 6 человек12.

Но главной категорией нарушителей по-прежнему являлись агентура германской разведки и активизировавшиеся банды ОУН. Что касается агентуры, то к концу 1940 г. она стала засылаться со шпионскими заданиями и в более глубинные районы. 5 ноября на участке Августовского пограничного отряда при переходе в СССР были задержаны два агента, имевшие задание установить состав армейского гарнизона в городе Белосток13. Задержанных шпионов интересовали и другие вопросы. Гитлеровцы вербовали также в свою агентуру антисоветские элементы из жителей пограничных районов. 22 ноября 1940 г. на участке Лясковского пограничного отряда был задержан один из таких агентов, выполнявший разведывательную задачу по проверке состояния дорог, мостов, выявлению дислокации воинских частей (особенно бронетанковых) в городах Львов, Старый Самбор, Хыров и их окрестностях14.

Германская разведка и тесно связанная с ней ОУН попытались развернуть террористические акты по отношению к руководителям и активистам местных партийных и советских органов. 22 ноября 1940 г. на участке Лисковского пограничного отряда при попытке уйти за границу были задержаны агенты германской разведки, которые, как выяснилось на допросе, по специальному заданию убили председателя сельского Совета Н.А. Нечая.

В ноябре 1940 г. особую озабоченность на западной границе вызывала наряду с активизацией германской разведки деятельность ОУН по сколачиванию в пограничных районах СССР групп с целью прорыва их за рубеж. В это же время оуновцы активизировали антисоветскую пропаганду среди пограничного населения. Они усердно восхваляли фашизм, распространяли измышления и гнусную клевету против социализма, настойчиво проповедовали неизбежность войны фашистской Германии против СССР, после которой на оккупированной территории будет создана под эгидой рейха «самостийная Украина». Одной из наиболее опасных форм деятельности оуновцев являлось формирование эмиграционных вооруженных групп, которые вместе с руководителями националистических организаций, находившихся на нелегальном положении, пытались с боем прорываться за границу.

В последние месяцы 1940 г. четко выявились пять направлений враждебных действий германской разведки на территории СССР: военный шпионаж, насаждение агентуры, установление связей с уже засланной в Советский Союз агентурой, диверсий, создание повстанческих организаций и групп.

Выявилась также и опорная база гитлеровской разведки. Наиболее широко она использовала актив ОУН, контрреволюционные элементы, бежавшие из Советского Союза, членов зарубежных белогвардейских организаций. Из среды белогвардейщины15 вербовалась в основном агентура для выполнения особо важных заданий — главным образом для сбора военно-разведывательных данных в глубоком тылу16.

На участке, охраняемом пограничными войсками Белорусского пограничного округа, обстановка в 1940 г. была не менее сложной. В течение года в Варшаве и Бяла-Подляске были созданы белорусские националистические организации, руководители и актив которых были тесно связаны с гестапо и разведывательными органами Германии, подбирали и по заданию фашистской разведки направляли в СССР агентуру. В пограничных районах западных областей Белоруссии к началу 1940 г. была создана широко разветвленная сеть националистических контрреволюционных повстанческих организаций и групп, состоявшая в основном из офицеров и подофицеров бывшей польской армии, членов военно-фашистских организаций и партий. Аналогичные организации существовали в Литве и на оккупированной германскими войсками польской территории.

В пограничных районах германские власти проводили усиленную подготовку наиболее реакционной части польского населения к вооруженной борьбе против СССР, создавая с этой целью бандитские группы для диверсионное террористических актов17.

В 1940 г. значительно активизировала враждебную деятельность против СССР венгерская хортистская разведка. Для этого она широко привлекала квалифицированную агентуру полиции, жандармерии и провокаторов, забрасываемых в СССР главным образом под видом перебежчиков.

К концу 1940 г. германская разведка стала часто засылать свою агентуру группами. Так, 22 декабря на участке 14-й заставы Рава-Русского пограничного отряда в результате проведенной операции были задержаны в разных районах четыре фашистских агента, перешедшие границу одновременно группой и имевшие единое задание по сбору сведений о штабах и частях Красной Армии на этом направлении18.

Зимой и весной 1941 г. возросла активность закордонных контрреволюционных и белоэмигрантских организаций по массовой переброске резидентов, диверсантов и террористов на советскую территорию. Только в апреле 1941 г. на западном участке в числе задержанных было разоблачено 36 агентов иностранных разведок19.

С приближением дня нападения фашистской Германии на СССР количество нарушителей границы возрастало. В мае и за 10 дней июня 1941 г. был задержан 461 нарушитель государственной границы20. Причем с весны усилилась заброска диверсионных групп, снабженных портативными радиостанциями, оружием и гранатами. Одна из таких групп в составе шести человек была задержана 17 июня 1941 г. на участке Августовскою отряда. Задержанные показали, что они являются диверсантами германской разведки, с 10 мая по 13 июня проходили специальную подготовку на курсах, получили задание производить диверсии на железных дорогах с началом военных действий с целью отрезать пути отхода Красной Армии. По их показаниям, нападение должно было осуществиться до июля 1941 г. Если до 1 августа этою не случится, то им предписывалось возвратиться за рубеж. На курсах вместе с ними обучалось еще 10 человек. Два агента из этой группы 16 июня выехали в направлении Остроленки с целью перехода в СССР и совершения диверсий в районе Лунинец, остальные готовились к переброске вслед за этой группой. Переброшенные 16 июня диверсанты со всей экипировкой были задержаны через день на участке Ломжанского пограничною отряда. Они имели при себе взрывчатку, бикфордов шнур, авиаполотнище для связи с самолетами. В задачу диверсантов входило организовать крушение воинских эшелонов и тем самым создать пробку на станции Лунинец. Из оставшейся группы шесть диверсантов были задержаны на этом же участке 20 июня — менее чем за двое суток до войны. Они имели задание проникнуть в район в 35 км восточнее Белостока, организовать в лесу нелегальную базу, с которой вести разведку состояния охраны железнодорожных и шоссейных мостов на дорогах Белосток — Волковыск, а с началом военных действий обеспечить сохранность мостов, не допустить разрушения их частями Красной Армии.

В мае и июне 1941 г. на границе задерживалась в большом количестве и квалифицированная агентура, перебрасываемая в глубокий тыл. Из числа задержанных нарушителей семь имели задание установить радиопередатчики для связи с германской разведкой, девять агентов были направлены для вербовки и установления связи с агентурой на советской территории, пять человек — для организации диверсионной деятельности. И все они имели общую задачу — собирать сведения о военных, объектах.

В последний месяц перед началом войны нарушение границы происходило, как и раньше, главным образом из-за рубежа. За границу в это время прорывались буквально единицы — в основном литовские контрреволюционеры на границе с Восточной Пруссией. 20 июня две вооруженные группы литовских буржуазных националистов численностью 6 и 16 человек пытались прорваться в Германию. Потеряв в вооруженном столкновении с пограничниками по два человека в каждой группе, они скрылись на советской территории21.

Незадолго до начала войны частыми стали переходы на советскую территорию венгерских военнослужащих. На участке советско-венгерской границы только за 7 дней (с 24 мая по 1 июня 1941 г.) было задержано 98 дезертиров венгерской армии.

Иногда в Советский Союз с оккупированной гитлеровцами Польши переходили местные жители, спасаясь от репрессий, и военнослужащие германской армии, не желавшие служить фашистам. Дезертирство военнослужащих германской армии и их переход на советскую территорию участились в начале 1940 г., особенно на перемышльском участке.

В июне 1941 г. на советскую территорию переходили антифашисты, приносившие сведения о готовящемся нападении фашистской Германии на нашу страну. Один из солдат 405-го пехотного полка рассказал, что 1—2 июня в гарнизоне, расположенном в городе Айдкупен, находился генерал фон Ленгвиц, производивший смотр войскам. Выступая перед военнослужащими, он заявил: «Вы стоите на границе и ее охраняете. Это не случайно — наша бдительность и старания не пропадут даром. В этом вы убедитесь сами в ближайшие дни. Так как вы на передовом посту, на границе, я вам окажу большую честь — вы перейдете границу первыми в начале войны с Россией»22.

21 июня на территорию СССР перешел ефрейтор 222-го саперного полка германской армии, он показал, что выступавший перед ними в этот день командир взвода сказал, что в ночь на 22 июня после артиллерийской подготовки будет форсироваться река Буг на плотах, лодках и понтонах23.

Последнее сообщение от перебежчиков германской армии о начале войны было получено около 1 часа ночи 22 июня. Перешедший границу военнослужащий 602-го артполка германской армии заявил, что вторжение немецко-фашистских войск в СССР начнется через несколько часов.

При задержании нарушителей границы пограничники проявляли мужество, находчивость и выдержку. Часто приходилось вступать в вооруженные схватки, вести продолжительное преследование, пресекать попытки подкупа. На перемышльском участке двое задержанных нарушителей предложили красноармейцам пограничникам Фадейкину и Абуталимову 2500 рублей, чтобы их отпустили. Воины-чекисты с негодованием отвергли взятку.

На этом же участке пограничный наряд под руководством красноармейца Скворцова задержал большую группу нарушителей, пытавшуюся уйти за кордон. Один из них предложил Скворцову золотые часы. Пограничники задержали нарушителей и доставили их на пограничную заставу. Среди этой группы оказался агент германской разведки.

24 апреля 1940 г. при проверке пограничным нарядом документов у пассажиров поезда Минск—Родошковичи один из них неожиданно выпрыгнул на полном ходу из окна вагона. Красноармеец А.Н. Рогачев, не раздумывая, бросился за ним и в полукилометре от полотна железной дороги задержал беглеца. Было установлено, что это агент германской разведки, заброшенный на территорию СССР 19 февраля 1940 г. После выполнения преступного задания он возвращался за рубеж24.

15 июня 1940 г. пограничный наряд Ломжайского отряда в составе красноармейцев Вершинина и Лотутова обнаружил двух нарушителей границы и начал их преследование. Один из них с близкого расстояния бросил гранату, но в спешке не выдернул предохранительную чеку, и граната не взорвалась. Меткими выстрелами Вершинин сразил обоих врагов. Они оказались активными контрабандистами, имели при себе пистолеты и ручные гранаты.

Со второй половины 1940 г. пограничникам все чаще приходилось проводить операции по поиску нарушителей границы, поскольку непрерывно возрастала заброска квалифицированной агентуры, имевшей основательную специальную подготовку. Переброска производилась в темное время суток на сложном рельефе местности. Тем не менее воины-чекисты, как правило, выслеживали, настигали и задерживали агентов. 11 августа 1940 г. на участке 12-й заставы Августовского пограничного отряда двое неизвестных ночью проникли на советскую территорию. Когда пограничники обнаружили их, нарушители открыли огонь и, используя лесистую местность, скрылись. Пришлось привлечь дополнительные силы. Поиск шел немногим более часа. Оба были задержаны в 700 метрах от государственной границы25.

Осуществляя задержания, пограничники учитывали повадки противника, его приемы, применяли гибкую тактику и военную хитрость, вводя вражеских агентов в заблуждение. Пограничники И.Г. Слюсарев и В.С. Лихорода обнаружили на противоположном берегу Буга замаскировавшегося германского офицера и группу солдат, наблюдавших за советской территорией. Наряд демонстративно вышел на открытую местность и, осмотрев прибрежный кустарник, ушел в лес, после чего, тщательно маскируясь, пограничники заняли удобное место для наблюдений. Через некоторое время солдат подогнал к берегу лодку, в нее сел мужчина и стал грести к советскому берегу. Старший пограничного наряда красноармеец Слюсарев приказал Лихороду перекрыть направление возможного отхода лазутчика за рубеж, а сам приготовился к его задержанию. Пограничники дали возможность нарушителю высадиться, а затем отрезали путь его возвращения к лодке и пошли на задержание. Эти действия заметили на противоположном берегу и стали подавать сигналы, но было уже поздно. Задержанный оказался важным агентом германской разведки26.

В связи с тем что западный участок границы в основном нарушали лица, часто оказывавшие вооруженное сопротивление, пограничники вынуждены были принимать ответные меры, показывая высокое огневое мастерство. 25 сентября на участке 7-й заставы Августовского отряда два агента, обнаружив погоню, открыли огонь по наряду и бросились бежать. Красноармеец Китаев первым выстрелом ранил, а затем задержал и обезоружил одного из них. Второй был сражен недалеко от границы.

3 ноября пограничный наряд, осматривая берег Буга, услышал голоса. Пограничники незаметно подползли на близкое расстояние и обнаружили шесть человек, вооруженных автоматами. Было очевидно, что они не задумываясь применят оружие. Старший наряда Конкин подполз поближе и метнул гранату. От ее взрыва трое врагов были убиты, остальные бросились к реке. Пограничники открыли ружейный огонь. На противоположный берег удалось выбраться лишь одному человеку. Убитые имели при себе большой запас патронов, различное снаряжение, свидетельствующее о том, что они шли на выполнение диверсионного задания27. Вечером 26 ноября 1940 г. на участке 6-й заставы Рава-Русского пограничного отряда три нарушителя проникли на территорию СССР. Когда их обнаружили пограничники, двое лазутчиков залегли и открыли огонь, давая возможность третьему отойти за рубеж. Один из них был ранен и захвачен чекистами, другой убит28.

Применение пограничниками оружия производилось в строгом соответствии с инструкцией. Ни одна пуля, хотя часто перестрелка происходила вблизи границы, не перелетела на сопредельную территорию.

Пограничники всегда стремились захватить нарушителей живыми и открывали ответный огонь лишь в крайнем случае. Таких примеров множество. 14 декабря поздним вечером. наряд на участке Чижевского пограничного отряда обнаружил человека, который в ответ на требование остановиться выстрелил сначала в красноармейца Горизонтова, а затем в Сабудинова. Горизонтов, находившийся ближе к нарушителю, одним рывком достиг его, ударом приклада выбил у него пистолет и задержал врага.

Чем ближе становилось нападение фашистской Германии на Советский Союз, тем ожесточеннее сопротивлялись при задержании агенты германской разведки и эмиссары контрреволюционных зарубежных организаций. Пограничникам все чаще приходилось применять оружие. С 1 января по 15 мая 1941 г. при задержаниях на западном участке границы, в связи с оказанием нарядам вооруженного сопротивления, было убито 36 и ранено 25 гитлеровских агентов29.

Активную помощь пограничникам в борьбе с вражеской агентурой оказывало местное население. 30 апреля 1940 г. в селе Росохач Дрогобычской области группа вооруженных людей предложила местному жителю крупную взятку за то, чтобы он переправил их за границу. О их намерении колхозник сообщил в пограничный отряд. После кратковременной перестрелки нарушители сдались пограничникам30.

Поздним вечером 3 сентября 1940 г. председатель сельского Совета Поплавский в 9 км от государственной границы встретил неизвестного, задержал и доставил его в штаб пограничной комендатуры. Задержанный пытался уйти за рубеж.

11 сентября жители села Янохи Белорусской ССР задержали пробравшегося через границу лазутчика. У задержанного были изъяты две карты, компас и список населенных пунктов до города Белосток. Выяснилось, это был агент, изучающий маршруты с целью обеспечения предстоящих военных действий.

С усложнением обстановки трудящиеся приграничных населенных пунктов повышали бдительность. Большую роль в этом играла постоянная и действенная разъяснительная работа среди населения, деловые контакты местных властей и жителей приграничных районов с пограничниками. В числе задерживаемых населением неизвестных лиц все чаще стали оказываться агенты германской разведки и эмиссары ОУН. 25 ноября 1940 г. на участке Надворненского пограничного отряда крестьяне села Хута в 11 км от линии границы задержали шесть оуновцев, которые сознались, что вместе с ними находилось еще девять человек.

Показания задержанных дали возможность задержать остальных преступников31.

Многие жители пограничных районов имели по нескольку задержаний. Члены бригад содействия деревни Клиники. Брестской области Т.Л. Якобчук и А.И. Сорока задержали по 45 человек32, а колхозник деревни Чисти-Мильганские В.М. Литецкий в течение 1940 г. задержал 150 нарушителей. Семья путевого обходчика Юго-Западной железной дороги А.В. Артемова обезвредила 172 нарушителя границы33.

Активными помощниками чекистов являлись школьники — пионеры и комсомольцы. Они задерживали нимало опасных преступников, в их числе вражеских агентов Так, 21 сентября 1940 г. пионеры Севастьянова, Сидоренко и Никифоров в четырех километрах от границы на участке 10-й заставы Августовского пограничного отряда заметили неизвестного и сообщили об этом пограничникам. Задержанный рассказал на допросе, что прибыл из Германии. 7 октября 1940 г. 15-летний школьник села Подубовое А. Кондратюк встретил двух нарушителей и, «показывая» им дорогу, привел на заставу.

Эти примеры убедительно свидетельствуют о том, что накануне Великой Отечественной войны разведка гитлеровской Германии развернула лихорадочную деятельность на границе. Абвер и гестапо широко использовали в своих целях контрреволюционные и националистические элементы на территориях западных областей Украины, Белоруссии и в республиках Прибалтики, объединенные в нелегальные антисоветские организации типа ОУН, «Железные волки», «Культурфербанд», «Паутники» и др. Связь с ними германские разведорганы поддерживали через специальных эмиссаров, облеченных широкими полномочиями.

По показаниям задержанных агентов, гестапо ставило перед ними главную задачу — завербовать и подготовить к действиям диверсионно-повстанческие кадры на советской территории, которые должны были в мобилизационный период организовывать в стране беспорядки, а по возможности и контрреволюционные мятежи, нарушать коммуникации на главных операционных направлениях, чтобы воспрепятствовать планомерному сосредоточению и развертыванию Красной Армии на Западном театре военных действий. Однако эти планы гитлеровцев провалились, большинство агентуры было задержано на границе, а те, кому удалось прорваться, не находили поддержки у населения. В первой стране победившего социализма не оказалось «пятой колонны», что же касается одиночек и небольших групп предателей, то они не могли играть существенной роли. Однако их действия затрудняли борьбу с врагом.

Органы германской военной разведки проводили также интенсивную работу по активизации действий агентуры, внедренной ими на территории СССР задолго до начала войны. В предвоенный период широко использовались так называемые агенты-связники, которые после проникновения на советскую территорию выполняли, по существу, функции резидентов.

Задержанные агенты показывали, что они до заброски в Советский Союз проходили основательную специальную подготовку, имели задания всеми способами собирать сведения о военных объектах. Полученная шпионская информация передавалась в кодированном виде по радио и другими способами. Главное внимание в сборе шпионских сведений уделялось механизированным и танковым частям, авиасоединениям, пунктам большой концентрации войск, военным складам, аэродромам, узлам связи и железнодорожным мостам.

Следует отметить, что в связи с большими провалами на границе и этой категории высококвалифицированной агентуры германской разведки не удалось осуществить намеченные в широких масштабах шпионские и диверсионные планы.

Примечания

1. История второй мировой войны 1939—1945, т. 3, с. 47.

2. См. там же, с. 228.

3. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 284.

4. После прихода фашистов к власти в Германии в 1934 г. была создана разведывательная служба национал-социалистской партии — Служба безопасности охранных отрядив (СД). До 1939 г. высшим органом СД являлось имперское руководство СС (охранные отряды). В 1939 г. Главное управление полиции безопасности (Министерство внутренних дел) и Главное управление безопасности имперского руководства были объединены под общим названием: Главное управление имперской безопасности (РСХА). В этом объединении СД становится директивным органом, а полиция безопасности — ее исполнительным органом.

Наряду с СД и гестапо, выполнявшим задачи контрразведки Германии в целом, существовала военная разведка и контрразведка «Абвер», которая осуществляла военную разведку за рубежом, руководила диверсионно-подрывной деятельностью за границей и в тылу воюющего с Германией государства, вела контрразведку внутри фашистской армии и в военной промышленности.

5. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 298.

6. См. там же, с. 306.

7. «Центральный провод» — оуновский орган по руководству вооруженными националистическими бандами в пограничных районах Польши и западных областях Украины.

8. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 313.

9. См. там же, с. 319—330.

10. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 327—328.

11. См. там же, с. 332.

12. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 333—334.

13. См. там же, с. 339.

14. См. там же, с. 344.

15. Белогвардейскому центру в Берлине германская разведка поставила задачу объединить все антисоветские эмигрантские элементы. С этой целью в Варшаве был создан «восточный отдел объединения русских воинских союзов в Германии», возглавивший русские контрреволюционные белогвардейские организации.

16. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 347.

17. См. там же, с. 353—354.

18. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 351.

19. См. там же, с. 381.

20. См. там же, с. 390.

21. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 401—402.

22. Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 398.

23. См. там же, с. 404.

24. См. там же, с. 313.

25. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 325.

26. См. там же, с. 330—331.

27. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с.

28. См. там же, с. 346.

29. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 391.

30. См. там же, с. 307.

31. См. там же, с. 346.

32. См. там же, с. 355.

33. См.: Пограничные войска СССР. 1939—1941 гг., с. 391.

 
Яндекс.Метрика
© 2019 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты