Библиотека
Исследователям Катынского дела

На правах рекламы:

купить холодильник в хабаровске

Глава шестая. Поляки без государства

Надежду на возвращение утраченной независимости полякам дал Наполеон. Надо отметить, что представители Польши относились к революционной Франции с большой симпатией, а после окончательного раздела Речи Посполитой несколько тысяч поляков эмигрировали во Францию, где из них было сформировано два легиона.

Внушительные победы французского императора позволили ему полностью перекроить карту Западной Европы. Населенные поляками территории встречали наполеоновские войска буйным ликованием. В Варшаве и Познани в честь императора были сооружены триумфальные арки.

В результате Тильзитского мира (1807 год) создавалось Герцогство Варшавское, номинально подчиненное саксонскому королю, а фактически контролируемое Наполеоном. По Шенбруннскому миру между Австрией и Францией Герцогство Варшавское получило от Австрии Западную Галицию. Герцогство состояло из шести департаментов (Будощь, Познань, Калиш, Варшава, Плоцки Ломжа). Население герцогства было моноэтничным — здесь проживало 2,3 миллиона поляков. Великим герцогом Варшавским стал назначенный Наполеоном король Саксонии Фридрих-Август III. Конституционный статус герцогства был написан самим Наполеоном. Создавался Герцогский совет из пяти министров и государственного секретаря под председательством великого герцога. Сейм должен был собираться каждые два года, но не имел законодательной инициативы.

Несмотря на явно несамостоятельный статус, поляки, и особенно шляхта, были рады получению хотя бы подобия собственной национальной государственности. Вместе с тем существование Герцогства Варшавского весьма раздражало Россию и Пруссию (у последней в пользу нового образования отнимались значительные территории).

В 1807—1808 годах Наполеон создал национальную польскую армию численностью около 50 тысяч человек. Несколько польских частей император включил в состав французской армии. Поляки активно участвовали в большинстве кампаний Наполеона, в том числе и в печально закончившейся для него войне с Россией 1812 года. Поражение Наполеона предопределило и судьбу Герцогства Варшавского.

В 1813 году русские войска без труда разгромили польскую армию и заняли территорию герцогства. Для его управления до окончательного решения о его судьбе Александр I учредил Временный Верховный Совет под председательством генерал-губернатора В.С. Ланского, а командование армией было поручено фельдмаршалу М.Б. Барклаю-де-Толли. В 1814 году был создан Гражданский комитет под председательством сенатора Островского, а управление образованным из польских солдат отдельным корпусом возложено на комитет под руководством великого князя Константина Павловича.

На Венском конгрессе (1814—1815) из-за Герцогства Варшавского возникли споры между Россией и Австрией. В результате к России была присоединена большая часть герцогства, Австрия получила Галицию с Тарнопольским округом, Пруссия — Познань. Краков был объявлен вольным городом под совместным протекторатом трех держав. Финальным актом Венского конгресса 28 мая 1815 года земли Герцогства Варшавского объявлялись «соединенными с Россией на вечные времена». В трактате говорилось: «Его Императорское Величество оставляет за собой право дать этому государству, находящемуся под особым управлением, такое внутреннее устройство, какое он сочтет надлежащим», причем за императором оставалось право территориального расширения границ, установленных Венским конгрессом, за счет включения в них русских земель.

Вошедшие в состав России польские земли стали именоваться «Царство (Королевство) Польское». В его состав вошли 8 воеводств: Калишское, Мазовецкое, Плоцкое, Августовское, Подляское, Сандомирское, Люблинское и Краковское. От Калишского воеводства были отделены Быдгощский и Познанский районы, составлявшие одно целое в экономическом отношении; Краковское воеводство потеряло главный город — Краков и район соляных копей — Величку.

Как ранее Финляндия, Царство Польское также получило конституционное устройство. Проект конституции Царства Польского был написан И. Собинским на основании замечаний Александра I к первоначальному тексту, разработанному под руководством князя А. Чарторыйского. Конституционная хартия была подписана императором 15 ноября 1815 года. В июле 1815 года жители Царства Польского принесли присягу русскому императору, и до вступления конституции в силу действовало Временное правительство.

Конституция объявляла Царство Польское наследственной монархией. Император России получал титул короля Польши. На время своего отсутствия король назначал наместника из числа поляков или членов императорского дома. Царству Польскому гарантировались государственность, национальные права и свободы. Римско-католическая религия объявлялась «предметом особого попечения». Обеспечивались свобода печати и неприкосновенность личности. Польский язык объявлялся языком администрации, суда и армии. Все государственные должности должны были замещаться только поляками.

Король Царства Польского считался конституционным монархом. Все преемники Александра I должны были короноваться в Варшаве и давать присягу в сохранении конституции царства. Все распоряжения и постановления короля должны были скрепляться подписями польских министров, которые несли за них ответственность. В компетенцию короля входили: исключительная инициатива конституционного законодательства, право утверждения или отклонения законов, принимаемых сеймом, вся полнота исполнительной власти. В рамках установленных королем полномочий действовал наместник, функции которого были точно определены в 1818 году.

Постановления наместника, обязательные для всех органов исполнительной власти, объявлялись в Административном Совете. Первым наместником был назначен генерал Ю. Зайончек, что вызвало неудовольствие большинства поляков, желавших видеть на этом посту князя А. Чарторыйского. После смерти Зайончека в 1826 году эта должность оставалась вакантной до 1832 года, а функции наместника исполнял Административный Совет.

«Польский народ, — гласила конституционная хартия, — на вечные времена будет иметь национальное представительство на сейме, состоящем из короля и двух палат, из коих первую будет составлять Сенат и вторую послы и депутаты от общин (Посольская изба)». В Сенат входили члены императорского дома, епископы и высшие должностные лица, назначаемые императором пожизненно. Кроме епископов и членов императорской фамилии, все остальные сенаторы отбирались императором из двух кандидатов, представляемых самим Сенатом.

Посольская изба состояла из 428 членов, в том числе из 77 послов, избранных на шляхетских сеймиках, и 51 депутата от гмин. Срок полномочий для послов и депутатов устанавливался в 6 лет. Для выборов в сейм устанавливался избирательный ценз в виде годовой суммы налогов не менее чем 100 злотых.

Сейм созывался каждые 2 года на 30-дневные сессии. Король имел право как созыва чрезвычайного сейма, так и отсрочки его заседаний. Король мог также распустить Посольскую избу, но обязан был в течение двух месяцев назначить новые выборы. Члены сейма пользовались неприкосновенностью, его заседания должны были быть публичными.

Конституционные функции сейма были довольно широкими. Они включали в себя решения по вопросам бюджета, налогов, денежной системы, призыва в армию, законодательства в области административного и уголовного права. Сейм заслушивал доклады Государственного Совета о положении в стране, направлял жалобы на министров. Кроме того, Сенат был высшим судом по государственным преступлениям, а Посольская изба обладала правом петиции королю.

Центральным органом власти и управления был Государственный Совет, состоящий из Общего собрания и Административного Совета. В состав Административного Совета входили министры и другие члены по назначению короля, это был консультативный орган короля и наместника по вопросам управления. Непосредственное управление осуществлялось правительствующими комиссиями (министерствами): вероисповеданий и народного просвещения; юстиции, внутренних дел и полиции, военной, государственных доходов и финансов. Комиссии подчинялись Административному Совету.

Армия Царства Польского при сохранении польской военной формы и польского языка в управлении была преобразована по русскому образцу. Срок службы составлял 10 лет, в мирное время численность армии составляла 30 тысяч солдат и офицеров. Главнокомандующий польскими вооруженными силами великий князь Константин формально подчинялся Военной комиссии и Административному Совету.

Управление воеводствами находилось в руках воеводских советов, в городах управление возглавляли бургомистры и президенты. Существовали местные депутатские собрания, избиравшие членов Посольской избы и местных органов управления — шляхетские сеймики и гминные собрания. Судебная система была полностью независима от администрации.

Дли связи учреждений Царства с общеимперскими органами в Петербурге назначался статс-секретарь. Кроме того, комиссаром при польском правительстве был назначен Н.Н. Новосильцев.

Таким образом, автономия Царства Польского по хартии 1815 года была довольно значительной. Конституционный строй Польши в 1815—1830 годах был весьма либеральным и по своим принципам напоминал строй английской конституционной монархии. Национальная самобытность Польши и в системе управления, и в области культуры была сохранена. После 1815 года в культурном отношении для Польши произошел большой прогресс. Помимо уже существовавшего Виленского университета, в 1816 году был основан университет в Варшаве, а также ряд высших школ (военная, политехническая, лесная, горная, институт народных учителей и др.), резко выросло число начальных и средних учебных заведений.

Во взаимоотношениях с русских правительством первоначально острых конфликтов не было. В 1818 году император Александр I лично открыл заседание следующими словами: «Прежняя организация страны позволила мне ввести ту, которую я вам пожаловал, приводя в действие либеральные учреждения. Эти последние всегда были предметом моих забот, и я надеюсь распространить, при Божьей милости, благотворное влияние их на все страны, которые промыслом даны мне в управление». Сейм принял все законопроекты, предложенные ему императором, за исключением проекта закона о гражданском браке, и император остался доволен его деятельностью.

Но постепенно отношения между сеймом и императором стали портиться. К этому времени в национальном польском движении сформировалось два течения. Первое составили представители легальной оппозиции, представленные на сейме. Их возглавляли братья Немоевские, стремившиеся к упрочению и расширению автономного статуса Царства легальными методами. Второе течение было представлено сторонниками революционной борьбы за полное освобождение Польши от «русского ига».

Националистические настроения еще более подогревались рядом действий русского правительства по введению цензуры (в 1819 году) вопреки конституционной хартии и слухами о готовящейся ликвидации самой этой хартии под влиянием готовящегося проекта Уставной грамоты Н.Н. Новосильцева, в котором Царство Польское должно было стать субъектом федерации с теми же правами, что и у остальных русских земель. На сейме 1820 года были отвергнуты предложенные русским правительством Уголовно-процессуальный кодекс и «Органический статут» (лишавший сейм права суда над министрами) как не соответствующие конституционной хартии. В президиум сейма было подано 88 жалоб на «неконституционные» действия правительства.

Решения сейма 1820 года вызвали резкое негодование Александра, одно время даже говорившего о возможности полной отмены польской конституции. Чтобы преодолеть сопротивление легальной сеймовой оппозиции, накануне 3-го сейма (созванного с большой отсрочкой в 1825 году) Александр включил в конституцию дополнительную статью, отменявшую гласность заседаний парламента, а братья Немоевские не были допущены на сейм. Для контроля деятельности сейма были назначены особые чиновники, обязанные присутствовать на заседаниях сейма. Благодаря этим мерам проекты русского правительства были приняты, но это было лишь временное затишье.

Все более активизировалась радикально настроенная оппозиция. Возникали тайные общества, ставившие целью вооруженную борьбу с Россией. Среди них можно назвать «Свободное национальное масонство» майора В. Лукасинского, «Польское патриотическое общество» и др. В 1822 году «Патриотическое общество» заключило соглашение с Южным декабристским обществом о совместных действиях в обмен на будущее восстановление власти Польши над белорусско-литовскими землями. После восстания 14 декабря 1825 года следствие установило этот факт, но польские заговорщики получили от сеймового суда чрезвычайно мягкие формальные наказания.

Разумеется, далеко не все русские заговорщики планировали в случае успеха своей авантюры предоставление Польше независимости. К примеру, основатели так называемого «Ордена русских рыцарей» (1816 год) М. Орлов, М. Дмитриев-Мамонов и Н. Меньшиков предусматривали в своих проектах «конечное и всегдашнее истребление имени «Польша» и Королевства Польского и обращение всей Польши, как Прусской, так и Австрийской, в губернии российские».

Что касается собственно декабристов, то они, вероятно, из тактических соображений выступали за предоставление Польше независимого статуса. В 1824 году в Киев прибыли два члена Варшавского центра польского «Патриотического общества» для «консультаций» с представителями так называемого «Южного общества». Состоялись переговоры русских и польских заговорщиков. С польской стороны переговоры вел Крыжановский. Глава «южной директории» Пестель инструктировал своих представителей, чтобы они, ведя переговоры с поляками, «не теряли из виду выгодность нашего положения в отношении к полякам и им давали чувствовать, что мы без них очень можем обойтись, но они без нас никак».

На вопрос Крыжановского: «С какими намерениями хотите вы союза с нами?» — С. Муравьев ответил, что «первый их пункт есть независимость Польши». После этого Муравьев заявил, что «русское общество предлагает Польше возвращение прежней ее независимости и готово всеми средствами способствовать искоренению взаимной нелюбви двух наций». Поляки с большим подозрением отнеслись к подобным уверениям своих русских коллег, справедливо считая, что их просто хотят использовать. В итоге переговоры не дали ничего.

Новый император Николай I не был сторонником либеральной польской конституции, но он также не стремился к нарушению обещаний своего предшественника. Он считал нужным упрочить связи Царства и Империи и короновался в Варшаве, скрепив подписью свое обязательство соблюдать конституцию. Собрав в 1830 году сейм, он настоятельно рекомендовал ему принять проект отмены гражданского брака, но этот проект был отвергнут, а императору подан ряд петиций об отмене прежних законоположений.

1830 год ознаменовался революционными выступлениями по всей Европе. Летом произошел переворот во Франции. Началась революция в Бельгии, вспыхнули волнения в германских государствах, активизировались карбонарии в Италии.

Польские заговорщики решили, что наступило благоприятное время для того, чтобы начать мятеж. Поводом к восстанию стало распоряжение Николая о подготовке сбора денежных средств и размещении на постой русских войск, которые планировалось выдвинуть для оказания помощи по подавлению восстания в Бельгии.

В ночь с 17 на 18 ноября взбунтовались несколько польских воинских частей, в которых действовали заговорщики из тайного офицерского «общества подхорунжих». Несколько десятков польских генералов и старших офицеров, отказавшихся участвовать в авантюре, были убиты. Мятежники захватили арсенал и дворец великого князя Константина Павловича. Русский гарнизон Варшавы не смог оказать должного сопротивления и покинул город.

Власть перешла в руки польского Административного Совета. Более радикальные участники восстания во главе с Иоахимом Лелевелем создали «Патриотический клуб». Административный Совет назначил диктатором генерала Хлопицкого. Он начал свою деятельность с закрытия «Патриотического клуба», а затем отправил делегацию для переговоров с Николаем.

Диктатор требовал включения в Царство Польское Литвы, Волыни, Подолии и Украины; созыва генерального сейма, в котором примут участие представители всех указанных выше земель; обязательства императорской армии не вторгаться на территорию Царства Польского; полной амнистии для всех участников восстания.

Николай отверг эти требования, однако пообещал всем мятежникам амнистию в случае немедленного прекращения мятежа. Миролюбивое предложение императора вызвало в Царстве Польском бурю возмущения.

В январе 1831 года Хлопицкий ушел в отставку. Возобновивший свою деятельность сейм под влиянием восстановленного «Патриотического клуба» в январе 1831 года провел детронизацию Николая. Органом исполнительной власти стало Национальное правительство. Во главе его стоял князь Адам Чарторыйский, бывший министр иностранных дел Российской империи, который теперь планировал стать польским королем.

Новое «правительство» не придумало ничего лучше, чем объявить России войну. Главной целью было провозглашено восстановление независимости и «исторических» (по состоянию на 1772 год) границ Польши на востоке, то есть захват литовских, белорусских и украинских земель. Руководители восстания рассчитывали при этом на военно-дипломатическую поддержку Англии и Франции.

Численность войск польских мятежников к марту 1831 года достигла 79 тысяч человек. Николай направил в Польшу армию в 120 тысяч человек под командованием генерал-фельдмаршала И. Дибича-Забалканского (позднее командование принял генерал-фельдмаршал И. Паскевич-Эриванский). Силы мятежников сначала остановили русское наступление, но были разбиты 26 мая 1831 года под Остроленкой (к северу от Варшавы). 25—26 августа 1831 года русские штурмом взяли Варшаву.

После подавления мятежа конституция 1815 года и польская армия были упразднены. Вся полнота управления сосредоточилась в руках наместника и командующего — фельдмаршала Паскевича. В конце 1831 года вышел императорский указ, даровавший амнистию участникам мятежа, за исключением участников событий в Варшаве ноября 1830 года, членов сейма, голосовавших за детронизацию императора, и офицеров польских частей, бежавших за границу.

В феврале 1832 года был опубликован Органический статут, согласно которому Царство Польское объявлялось неотъемлемой частью Российской империи, а польская корона — наследственной в Русском императорском доме. Отдельная коронация отныне не требовалась. Управление Польшей возлагалось на Административный Совет. Сейм упразднялся.

В 1837 году в Царстве Польском воеводства были переформированы в губернии, а в 1851 году была ликвидирована таможенная граница, отделявшая Польшу от империи. Были ограничены права Униатской церкви, в течение столетий служившей орудием полонизации русского населения. Вместе с тем были стерты все преграды для поляков, желавших сделать карьеру внутри России.

В результате всех этих мер к началу 1850-х годов в Царстве Польском значительно ослабла всякая заговорщицкая активность. Даже война Турции, Англии и Франции с Россией в 1853—1855 годах не сопровождалась беспорядками в польских землях.

После заявления Александра II о необходимости отмены крепостного права последовало смягчение цензуры, освобождение политических узников, предоставление университетам автономии, разрешение на выезд за границу для получения образования.

Смягчение режима наступило и в Царстве Польском. Наместник Паскевич, командовавший в годы войны русской армией на Дунае, вскоре умер. На его место был прислан либеральный князь М.Д. Горчаков. Военное положение, существовавшее в Царстве Польском с 1833 года, было отменено (хотя административное управление страной по-прежнему оставалось в руках военных властей). Польское общество стало ожидать скорых и больших перемен. Вначале большинство надеялось на реформы сверху. Когда в мае 1856 года Александр II приехал в Варшаву, то его встретили с радушием.

Царь заявил своим польским подданным следующее: «Вы близки моему сердцу так же, как финляндцы и другие русские подданные; но я желаю, чтобы порядок, установленный моим отцом, не был изменен нисколько. А потому, господа, отбросьте всякие мечтания! Я сумею остановить порывы тех, кто бы вздумал увлечься мечтами. Я сумею распорядиться так, что эти мечты не перейдут за черту воображения мечтателей. Счастье Польши заключается в полном слитии ее с народами моей Империи. То, что мой отец сделал, хорошо сделано, и я его поддержу... Верьте, что я имею относительно вас самые лучшие намерения. Вам лишь остается помочь мне в решении задачи, а потому, повторяю еще раз, оставьте всякие мечтания».

Александр II издал манифест об амнистии для осужденных по политическим мотивам и для эмигрантов, кроме «закоренелых в своей неисправимости», разрешивший им вернуться на родину. В течение четырех лет в Царство Польское вернулось около 9 тысяч ссыльных и эмигрантов.

В Варшаве была открыта Медико-хирургическая академия, основано Сельскохозяйственное общество, а также воскресные и ремесленные школы. Наконец, была смягчена цензура. Появились новые газеты и журналы.

Медико-хирургическая академия стала одним из активных очагов националистического движения. Сельскохозяйственное общество было также пронизано шляхетским шовинистическим духом: его полугодовые собрания в Варшаве, на которые съезжались помещики со всех частей Царства Польского, были в тогдашних условиях подобием сессий польского сейма. В газетах и журналах постепенно начали появляться разного рода «политические вольности». Польское общество медленно, но упорно наступало на правительство.

Польская общественность уже не могла удовлетвориться только теми учреждениями, на которые получила официальное разрешение. Появились многочисленные «кружки», состоявшие главным образом из молодежи. Кружки вначале не имели определенного политического характера, но они сыграли огромную роль в деле оживления националистического и радикально-революционного движения. В них вырабатывалась идеология этого движения, создавались кадры его руководителей и будущая повстанческая организация.

Среди наиболее значительных можно назвать студенческий кружок в Медико-хирургической академии, возникший в 1858 году. Вначале кружок выдвигал задачи материальной и учебной взаимопомощи. Наиболее видным его руководителем был Ян Кужина, 25-летний сын провинциального полицейского, стремившийся к созданию конспиративной повстанческой организации. Весной 1859 года кружок Кужины сумел организовать студенческую политическую демонстрацию против учебной власти, издавшей постановление о проведении внеурочных экзаменов. Под влиянием кружка две трети студентов (из общего числа 318) организовали коллективный протест, выразившийся в одновременной подаче заявлений об уходе из академии. Учебные власти встревожились, но своего постановления не отменили. Были произведены аресты зачинщиков. Под давлением репрессий студенты уступили и взяли обратно свои заявления. Выступление студентов закончилось исключением из академии наиболее активных лиц, в том числе и Яна Кужины. Последний выехал в Париж.

Студенческий кружок, временно ослабленный, снова окреп осенью 1859 года в связи с началом деятельности Кароля Маевского. В академии Маевский организовал «Общество братской помощи», которое имело свою кассу и библиотеку. На собрания студенческих групп академии иногда приглашались учащиеся из других учебных заведений. Маевский старался завоевать влияние в разных кругах общества. Он имел связи с некоторыми городами Царства Польского и Познанской области, а также с Яном Кужиной в Париже.

Еще одним кружком, имевшим революционный характер и сыгравшим наибольшую роль в подготовке повстанческих кадров, был кружок Янковского, сложившийся в 1859 году. Янковский стремился объединить чиновников, ремесленников, служащих, писателей, купцов и т. д. Он имел постоянную связь и со студентами. В конце 1859 году по инициативе Янковского между ним и Маевским начались переговоры о слиянии, которые закончились созданием общего комитета, известного под названием «Варшавской капитулы». В состав этого комитета вошли Янковский, чиновник лютеранской коллегии Болеслав Денель, литератор Станислав Кшеминский, банковский чиновник Юлиан Верещинский (из кружка Янковского) и Кароль Маевский (из студенческого). Кроме того, ближайшее участие в работе новой организации принимали также братья Франковские (Ян, Станислав и Леон), Кароль Новаковский, Рафал Краевский, поэт Адам Аснык и др. Организация строилась на конспиративной основе и вскоре охватила своей сетью весь город. Ее целью была подготовка восстания. Собирались средства, распространялась нелегальная литература, проводились военные занятия, пропагандировалась идея мятежа в народе. Организация имела связи со многими городами Царства Польского, а также с эмиграцией. Янковский находился под большим влиянием Мерославского и держал контакт с его главным помощником Кужиной.

Летом 1860 года Янковский ездил в Париж для обсуждения некоторых вопросов с Кужиной и на обратном пути был арестован австрийской охраной на границе; его выдали русским властям, которые сослали его в Сибирь. Это обстоятельство ослабило организацию, комитет был распущен, Маевский снова обособился, и только осенью новые люди — прибывший из Парижа Францишек Годлевский, братья Франковские, Болеслав Денель — восстановили прежнюю организацию и даже усилили ее.

Большую роль в польских революционно-националистических кружках в России играли студенты, которых насчитывалось в то время в русских высших учебных заведениях около трех тысяч человек. Несмотря на контакты с русскими «революционерами», польские студенты практически не были озабочены социальными вопросами, а главной своей целью считали завоевание независимости Польши. При этом территории Литвы, Белоруссии и правобережной Украины они продолжали рассматривать как составные части Польши.

К числу ранних польских кружков относились польские землячества в Киевском университете, в котором насчитывалось около тысячи польских студентов (что составляло более 80% всего состава). В 1857 году студенты создали узкую нелегальную организацию, построенную на основе троек (так называемый «Тройницкий союз»). Организация объединяла не только поляков, но и евреев, а также пропольски настроенных украинцев из числа униатов. К числу деятелей этого союза принадлежали Владислав Геншель, Влодимеж Милевич, Леон Гловацкий, Кароль Новаковский, Владимир Антонович, Фаддей Рыльский, Стефан Бобровский и др. «Тройницкий союз» организовал несколько студенческих протестов, конфликтов с властями и даже забастовок.

Наиболее тесно с русскими революционерами был связан польский кружок в Петербурге. В столице была довольно многочисленная польская колония, состоявшая из студентов, чиновников и офицеров. Студенты были объединены в землячество. В 1858 году оформилась нелегальная польская националистическая организация, ядро которой составлял офицерский кружок в составе некоторых слушателей военных академий (Артиллерийской, Инженерной и Генерального штаба). Наиболее видными деятелями этой организации, насчитывавшей до 70 человек, были офицеры Генерального штаба Зигмунд Сераковский и Ярослав Домбровский, историк Иосафат Огрызко, офицеры Зыгмунт Падлевский и Людвик Звеждовский, студент Лесного института Валерий Врублевский, студент университета Константин Калиновский.

Сераковский, сын мелкопоместного волынского шляхтича, еще в 1848 году, будучи студентом Петербургского университета, участвовал в революционном движении, за что был арестован и сослан в солдаты в Оренбургский край. По возвращении через восемь лет в Петербург Сераковский окончил Академию Генерального штаба и в чине капитана служил в Военном министерстве. В Петербурге Сераковский тотчас же возобновил свою революционную деятельность, познакомился с так называемыми революционными демократами, в том числе с Н. Чернышевским и Н. Добролюбовым, с которыми установил дружеские отношения. Он сотрудничал в журнале «Современник», пропагандируя свои сомнительные идеи. Летом 1860 года он встречался с Герценом в Лондоне и с Гарибальди в Италии.

Польская организация в Петербурге имела главной целью восстановление независимости Польши в «исторических границах». Эту цель она пропагандировала среди польской колонии, используя для этого легальные литературные вечера с приглашением более широкого круга лиц. В конце 1858 года Огрызко организовал издание польской газеты «Слово», среди сотрудников которой был польский адвокат Владимир Спасович. Кроме того, Огрызко издал 8 томов собрания законов старой Польши.

Как уже отмечалось выше, деятельность польских националистов в 1850-х годах чрезвычайно ослабла. Руководители, окопавшиеся в Париже, были высланы из Франции и переехали в Лондон, после чего в националистическом движении наступил раскол. Левые элементы поддерживали лондонскую группу. Правые элементы группировались вокруг оставшегося в Париже Мерославского, который продолжал активную деятельность.

Людвик Мерославский принадлежал к старшему поколению польских националистов. Приговоренный прусским судом к смерти за пропаганду революционных идей в 1847 году, он был освобожден революцией в марте 1848 года и принял активное участие в революционных сражениях в Познанской области. С тех пор националистическая молодежь считала его своим вождем и первым кандидатом в руководители будущего восстания. Однако Мерославский был слишком высокомерным человеком, оставался верен принципам шляхетского шовинизма и презирал чернь. Его «демократизм» носил демагогический характер. Кроме того, он отрицал партизанщину. Свои главные надежды он возлагал на Наполеона 111. Таким образом, Мерославский надеялся «освободить» Польшу при помощи шляхты и западных держав.

Деятельность Мерославского и его сторонников особенно усилилась с активизацией гарибальдийцев в Италии весной 1859 года. Оживились связи с Царством Польским, Галицией и другими польскими землями. Мерославский стремился занять руководящую роль в националистическом движении в Царстве Польском. Ближайшими соратниками его были генерал Юзеф Высоцкий, Северин Эльжановский, Ян Кужина. Мерославский установил связи с Гарибальди, который подталкивал его к организации мятежа в Польше. Через Яна Кужину Мерославский посылал директивы в Царство Польское о подготовке восстания.

На рубеже 1850—1860-х годов положение в Царстве Польском значительно обострилось. В Италии началась война за освобождение страны от австрийского господства, итальянцам помогала Франция, заинтересованная в ослаблении Австрии. Французский император Наполеон III провозгласил принцип национальной свободы. Популярность Гарибальди и Наполеона III среди поляков стала огромной. Полякам казалось, что события в Италии предвосхищают события в Польше, что Франция окажет помощь также польскому народу. Под влиянием этих обстоятельств активные деятели националистического движения в Царстве Польском решили перейти к массовым выступлениям. При этом очередной мятеж вновь прошел под лозунгом восстановления независимой Польши в границах 1772 года, то есть носил исключительно шовинистический характер и подогревался лютой ненавистью к русским.

Первой была манифестация в июне 1860 года во время похорон вдовы генерала Совинского, погибшего во время восстания 1831 года. Следующая националистическая демонстрация произошла осенью того же года во время встречи в Варшаве монархов России, Пруссии и Австро-Венгрии. Шовинистические подстрекатели объявили эту встречу «грубым оскорблением и угрозой польскому народу». Члены кружка Школы изящных искусств начали агитацию за бойкот встречи, за всяческое проявление враждебности к «слетающимся воронам». При въезде Александра II в Варшаву улицы совершенно пустовали. 20 октября перед спектаклем в оперном театре провокаторы облили императорскую ложу серной кислотой.

Летом 1860 года заговорщики создали тайный руководящий центр в составе Маевского, Юргенса и преподавателя гимназии Владислава Големберского. Этот триумвират стремился подчинить своему влиянию все слои населения.

Беспорядки поначалу удавалось погасить административными методами: бунтовщиков либо арестовывали, либо высылали во внутренние районы империи. Однако шовинисты в конечном итоге смогли вовлечь в провокационные действия достаточно большое число поляков. В итоге в октябре 1861 года в Царстве Польском было введено осадное положение. Увы, положение усугублялось тем, что русские власти слишком часто использовали метод пряника: периодически устраивали амнистии политическим преступникам и вообще не проявляли должной твердости. Все это воспринималось заговорщиками как признак слабости.

Сторонники восстания образовали так называемый Центральный национальный комитет, переименованный в январе 1863 года во «временное национальное правительство». Бунтовщики не скупились на обещания для тех, кто примкнет к ним: обещали участки земли и разного рода свободы. В своем «манифесте» мятежники имели наглость обратиться и к русскому народу с угрозой, что, если он поддержит действия «тирана» (то есть императора), будет неизбежна война между двумя народами.

10 января эти авантюристы издали «манифест» с призывом поднять оружие. В качестве предлога для начала мятежа послужил январский рекрутский набор, объявленный заговорщиками «незаконным». Набор был сорван, и начались уличные беспорядки.

Мятежники начали свою авантюру в самых невыгодных для себя условиях. 20 тысяч активных бунтовщиков не имели ни оружия, ни денег. Правда, по стране было собрано около 600 охотничьих ружей. В кассе насчитывалось около 7,5 тысячи руб. Кроме того, мятежники не были обучены военному делу.

Русская армия в Царстве Польском насчитывала около 100 тысяч человек. Это были регулярные войска, состоявшие из пехотных, кавалерийских, артиллерийских и саперных частей. Артиллерийские части насчитывали 176 пушек.

Еще до начала мятежа заговорщики послали в Париж делегацию, которая предложила пост диктатора восстания Мерославскому. Последний тут же отправился в Пруссию, а затем нелегально перешел границу и сколотил отряд из 500 студентов. Эта банда была, впрочем, весьма скоро рассеяна отрядом полковника Шильдер-Шульднера, а «диктатор» позорно бежал обратно во Францию.

После этого руководство мятежом перешло к Лангевичу, который сумел собрать под своим началом около шести тысяч человек. В конце февраля Лангевич провозгласил себя диктатором и выпустил манифест с призывом к «народам Европы, Литвы и Руси» объединиться для борьбы с «московским народом». 27 февраля Лангевич был атакован отрядом полковника Ченгери в местечке Хробрж. На протяжении последующих нескольких дней подчиненные ему «повстанцы» были рассеяны и уничтожены, а сам «диктатор» перешел границу с Австрией, где был арестован и посажен в крепость.

Было еще несколько подобных эпизодов, которые окончились для шаек мятежников так же печально.

Кроме того, против бунтовщиков выступила польская крестьянская масса. Поэтому мятежники воевали еще и со своим народом. Всего «повстанцы» убили до 5 тысяч польских крестьян.

Мятеж 1863—1864 годов продолжался 1 год и 4 месяца. С сентября 1863 года наместником Царства Польского был назначен генерал граф Ф. Берг. В затронутые восстанием 6 северо-западных губерний и Августовскую губернию назначен был генерал-губернатором с чрезвычайными полномочиями М.И. Муравьев. В основном восстание было подавлено летом 1863 года, последняя крупная шайка была разгромлена в феврале 1864 года.

Мятежники потеряли около 30 тысяч человек. Потери русских определялись в 3343 человек (из них 2169 раненых). Муравьев обложил большими военными налогами имения польских помещиков, считая, что они должны расплачиваться за ущерб и за подавление восстания. Казнены были не только захваченные с оружием в руках, но и причастные к восстанию — в том числе и ксендзы. Кроме того, Муравьев распорядился сжечь несколько деревень, причастных к восстанию, а их жителей выслать в Сибирь. Всего было сослано в Сибирь свыше 5 тысяч человек.

После разгрома мятежа в западные страны бежало около 7 тысяч повстанцев. К старой эмиграции прибавилась новая: Гиллер, Рупрехт, Сивинский, Кужина, Даниловский, Яновский, Высоцкий, Ружицкий, Гауке, Гейденрейх, Врублевский и др. В 1865 году прибыл Ярослав Домбровский. Осужденный на 15 лет каторги, он бежал из московской пересыльной тюрьмы, полгода укрывался с помощью русских революционеров в Петербурге, а затем прибыл в Париж. Основная масса новой эмиграции, в отличие от старой состояла из интеллигенции и ремесленников. Половина всех эмигрантов осела во Франции, Швейцарии и Турции, остальные поселились в Италии, Бельгии, Англии и Германии. Часть бывших повстанцев оказалась в Соединенных Штатах Америки. В 1866 году возникло «Объединение польской эмиграции». Руководящую роль в объединении играли генерал Босак и Домбровский. Будущую Польшу они мыслили себе как федерацию польского, литовского, белорусского и украинского народов. Во время франко-прусской войны 1870—1871 годов многие польские эмигранты воевали на стороне Франции, надеясь, что ее победа облегчит «восстановление» Польши.

Однако подавляющая часть поляков понимала, что ни о каком возвращении к независимому состоянию в тех условиях не могло идти и речи. Большинство вполне смирилось с фактом пребывания в составе империи. Несомненно, находясь под русской властью, польский народ лишь выиграл.

Однако шляхетская кровь никуда не делась. Польская интеллигенция, смыкавшаяся в своих целях с революционным сбродом, отнюдь не рассталась с шовинистическим багажом. Оставалось лишь ждать...

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
Яндекс.Метрика
© 2017 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты