Библиотека
Исследователям Катынского дела

Проект Тихоокеанского пакта

В связи с установлением советско-американских дипломатических отношений СССР стремился привлечь США к участию в стабилизации обстановки на Дальнем Востоке. ЦК ВКП (б) и Советское правительство считали необходимым заключить в этих целях Тихоокеанский пакт. Они учитывали, что упрочение мира на Дальнем Востоке создало бы оптимальные условия для сохранения мира и в Европе. И наоборот, война на Дальнем Востоке могла побудить к активным действиям и другие агрессивные державы.

Советский Союз, со своей стороны, занимал твердую позицию в отношении агрессивных планов и устремлений японских милитаристов. 17 сентября 1933 г. НКИД писал советскому полпреду в Японии К.К. Юреневу, что политика СССР при сохранении ориентировки на мир «не может быть позицией уступок и поблажек японской военщине и замазывания провокаций и безобразий, которые позволяет себе японское правительство. Мы намечаем и проводим твердую линию отпора японским домогательствам...» Кормление японского хищника мелкими подачками, говорилось далее в письме, будет усиливать его аппетит и создавать уверенность в безнаказанности и в своем превосходстве в силах. Советскому Союзу незачем поддерживать такие ложные иллюзии. Занимая более твердую позицию, СССР заставляет сторонников военных авантюр усвоить более осторожную линию поведения. Только при такой нашей тактике нам, писал НКИД, на основе дальнейшего развития внутреннего строительства и дальнейшего улучшения нашего международного положения, может быть, удастся предотвратить попытку реализации Японией ее планов войны против СССР. Такая линия исходит из того, указывалось в письме, что «мы на худой конец, если бы японская военщина действительно осуществила попытку нападения на Советский Союз, сможем дать вполне успешный отпор. В результате мер, принятых за последние полтора-два года, мы далеко не чувствуем себя беззащитными на случай попытки противника прощупать нас»1.

Еще с конца 1931 года Советское правительство неоднократно предлагало Японии заключить договор о ненападении, но Токио неизменно отклонял такое предложение.

Япония угрожала на Дальнем Востоке, как уже отмечалось, не только Советскому Союзу, но и интересам США. Ф. Рузвельт в беседах с М.М. Литвиновым в Вашингтоне во время переговоров об установлении дипломатических отношений не скрывал серьезной обеспокоенности агрессивными действиями японской военщины. В связи с этим советский представитель поставил вопрос о целесообразности заключения Тихоокеанского пакта о ненападении с участием СССР, США, Китая и Японии, но Рузвельт ограничился лишь тем, что поручил У. Буллиту заняться этим вопросом и доложить ему.

Нарком в переговорах с президентом США предложил заключить между СССР и США также соглашение о совместных действиях в случае опасности миру. Однако президент США Рузвельт заявил, что он предпочитает в случае необходимости делать односторонние заявления. США не поддержали и это далеко идущей предложение СССР, которое при положительном отношении США могло бы в немалой степени содействовать улучшению международной обстановки.

Таким образом, факты свидетельствуют о готовности Советского правительства к активному сотрудничеству с США в борьбе против японской агрессии. Правительство же США не намеревалось в то время принимать действительно эффективных мер в целях укрепления мира на Дальнем Востоке, надеясь, что Япония направит свои агрессивные устремления прежде всего против СССР, а это облегчит положение США. Журналист Х. Никербокер, имевший тесные контакты с У. Буллитом и другими влиятельными американскими деятелями, рассказывал советскому дипломату в Берлине в ноябре 1933 года, что США не намерены идти на сотрудничество с СССР в борьбе против японской агрессии. Это отчасти предопределяется страхом перед возможностью полной победы СССР над Японией и революционного взрыва в Японии и Китае2.

В первой же беседе в Москве с американским послом в СССР Буллитом (11 декабря 1933 г.) нарком иностранных дел СССР напомнил о советских предложениях относительно заключения Тихоокеанского пакта и опубликования декларации о сотрудничестве СССР и США в случае угрозы войны. Однако Буллит отмолчался. Два дня спустя он дал понять в беседе с заместителем народного комиссара иностранных дел Л.М. Караханом, что изучение в Вашингтоне вопроса о Тихоокеанском пакте привело к «отрицательным выводам»3.

Коммунистическая партия и Советское правительство все же считали необходимым продолжать добиваться заключения Тихоокеанского пакта. А.А. Трояновскому, назначенному в декабре 1933 года полпредом в США, были даны указания «отстаивать желательность предложения о заключении пакта о ненападении между СССР, США, Японией и Китаем»4.

23 февраля 1934 г. А.А. Трояновский был принят президентом Рузвельтом. Советский полпред заявил о желательности сотрудничества СССР и США в борьбе против японской агрессии. Он отметил, что «сдержать Японию и сократить ее аппетиты будет нелегко. Япония не будет слушать отдельно ни Америку, ни СССР, но обоих вместе она будет слушать даже в последний момент, поэтому нам нужно иметь контакт»5. Однако Рузвельт уклонился от обсуждения этой проблемы. Вопрос о Тихоокеанском пакте снова был поставлен М.М. Литвиновым перед Буллитом в марте 1934 года после возвращения американского посла из поездки в США. Но Буллит не дал и на этот раз «вразумительного ответа»6.

Даже американский историк Р. Браудер отмечает, что провал надежд дополнить установление отношений с США «позитивными актами сотрудничества несомненно разочаровал Москву»7.

К весне 1934 года стало очевидным, что Япония пока не считает себя достаточно подготовленной для войны с Советским Союзом. 17 апреля 1934 г. японское правительство опубликовало заявление, отчетливо свидетельствовавшее о его стремлении установить контроль над всем Китаем и вытеснить оттуда Англию, Францию и США. В этой связи советское полпредство в Лондоне отмечало в письме в НКИД от 11 мая 1934 г., что, как считают английские политические круги, общее укрепление СССР, его международные успехи, оборонительные меры на Дальнем Востоке и особенно его могущественный воздушный флот, способный за несколько часов разрушить основные центры Японии, — все эти факты привели японскую правящую верхушку к убеждению, что в данной объективной обстановке нападение на Советский Союз является весьма рискованным предприятием8.

Несмотря на то что непосредственная опасность нападения на СССР со стороны Японии миновала, Советский Союз продолжал добиваться заключения Тихоокеанского пакта. 13 мая 1934 г. М.М. Литвинов констатировал в беседе с У. Буллитом, что, пока США и Англия будут продолжать на Дальнем Востоке прежнюю политику, Япония сможет делать все, что ей угодно. «Единственный эффективный способ сдерживать японцев — это немедленно договориться о совместной акции всех держав, имеющих интересы в районе Тихого океана»9.

Однако правительство США не поддержало советских предложений, направленных на укрепление мира на Дальнем Востоке, продолжая политику попустительства японской агрессии.

Английское правительство стремилось подтолкнуть Японию на военные действия против СССР. Инициативу по заключению с Японией двустороннего договора о ненападении проявил 1 сентября 1934 г. Н. Чемберлен, замещавший в то время находившегося в отпуске премьера С. Болдуина. Даже в Форин оффисе возникли серьезные сомнения о целесообразности такого шага. Заведующий дальневосточным отделом Ч. Орд отмечал в свой записке по этому вопросу, что такой договор «безусловно приблизит день нападения Японии на Россию». Однако агрессивные устремления Японии направлены не только против России, в связи с чем «после успешного урегулирования счетов с Россией и передышки для восстановления сил Япония может стать реальной опасностью для наших собственных владений на Дальнем Востоке»10. Английскому послу в Японии было дано указание выяснить, какую цену Япония готова уплатить за согласие Англии на заключение с Японией столь выгодного для нее пакта. Н. Чемберлен и Дж. Саймон энергично высказывались за пакт с Японией11. Однако в связи с предстоявшими переговорами с Японией по вопросам, связанным с ее нежеланием продлевать существовавшие соглашения о соотношении размеров военно-морских сил империалистических держав, переговоры с ней по этому вопросу были отложены.

Примечания

1. Документы внешней политики СССР. — Т. 16. — С. 573—574.

2. АВП СССР. — Ф. 0129. — Оп. 16. — Д. 2. — Л. 34.

3. См. Документы внешней политики СССР. Т. 16. — С. 133, 745.

4. АВП СССР. — Ф. 05. — Оп. 13. — Д. 78. — Л. 204. Интерес к заключению Тихоокеанского пакта проявляло также правительство Китая.

5. Документы внешней политики СССР. — Т. 17. — С. 164.

6. Там же. — С. 179.

7. Browder R.P. The Origins of Soviet-American Diplomacy. — Princeton, 1963. — P. 203.

8. Документы внешней политики СССР. — Т. 17. — С. 327.

9. См. FRUS 1934. — Vol. 3. — В. 180.

10. DBFP. — L., 1973. — Ser. 2. — Vol. 13. — P. 32—33.

11. Public Record Office. — Cab. 24/250. — P. 462—463.

 
Яндекс.Метрика
© 2022 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты