Библиотека
Исследователям Катынского дела

3. Союз молодых демократов

Ощущение национальной несуверенности постоянно создавало почву для возникновения нелегальных антиправительственных групп. Эти группы условно можно поделить на два вида: «рабоче-крестьянские» и «студенческо-интеллигентские». Первые, состоявшие в большинстве из очень молодых людей — детей рабочих и крестьян — являлись прямой эманацией массового сознания и действовали скорее в культурно-бытовой, а не политической плоскости. Целью таких групп их участники ставили немедленную борьбу против строя и советского влияния. Возникали они под воздействием импульсивных настроений, оставаясь политически и организационно незрелыми, и поэтому быстро раскрывались органами безопасности.

«Студенческо-интеллигентские» группы, хотя их было значительно меньше, были лучше организованы и могли существовать на протяжении нескольких лет. Однако сфера их воздействия ограничивалась исключительно образованными слоями общества. Они не способны были заручиться массовой поддержкой, так как польская интеллигенция в подавляющем большинстве воспринимала любые программы, направленные на свержение строя, как анахронизм. Те же, кто сохранял в себе неприязненное отношение к строю, тоже не склонялся к нелегальной политической деятельности, понимая всю бесперспективность этой затеи. Нелегальные группы не могли также обеспечить себе популярности и среди рабочих и крестьян, поскольку их программы коренным образом отличались от примитивного национализма этих общественных слоев. Кроме того, ни рабочие, ни крестьяне в принципе не были настроены после 1956 г. против режима Народной Польши как такового, но лишь против советского давления и некоторых явлений, которые они полагали скорее отходом власти от ее собственной программы.

Наиболее известными «студенческо-интиллигентскими» групами были Национально-демократическая лига и «Рух». Первую основал бывший заместитель председателя Союза молодых демократов П. Гурный. СМД был вполне легальной организацией, находившейся (правда, короткое время) под опекой Демократической партии. Союз возник осенью 1956 г. на волне распада структур Союза польской молодежи. Окончательно СМД оформился на съезде 30 ноября 1956 г. Его идеологическая окраска видна уже из того, что со съезда по настоянию его президиума были удалены все члены ПОРП и ССМ1. В своей программе СМД хотя и выражал поддержку решениям VIII пленума ЦК ПОРП, высказывался за польскую модель социализма и рабочее самоуправление, но первым из легальных организаций выразил протест против «фактической однопартийности», и, кроме того, заявил, что демократические идеи имеют надклассовый характер, опровергая тем самым марксистский тезис о том, что каждому общественному классу соответствует партия или идеология. «Нет такой партии, которая имела бы право монополии на теоретическое и практическое создание строя общественной справедливости», — утверждалось в программе СМД2. Согласно данным Службы безопасности, постулаты СМД сводились к трем пунктам: независимые молодежные организации; полная самостоятельность в мировоззренческой области; строительство социализма на основе демократии и национального суверенитета3. Другими словами, напрямую отвергалась доминирующая роль ПОРП. Подобные настроения бытовали тогда и среди руководства Демократической партии, в частности, к ним склонялся председатель ЦК С. Кульчиньский. Поэтому неудивительно, что партия взяла Союз под свою опеку, а 6 декабря 1956 г. руководители СМД и ДП в совместном заявлении указали, что между ними нет принципиальных идеологических расхождений. Очень быстро численность Союза выросла до 10 тысяч человек. Это была главным образом студенческая молодежь католических учебных заведений. К январю 1957 г. организация, по словам председателя Главного правления СМД К. Глоговского, имела свои ячейки во всех вузах, на четырнадцати предприятиях и в пяти школах4. Но затем В. Гомулка заявил, что в СМД собираются элементы, явно враждебные народной власти. Политбюро ЦК ПОРП упрекнуло руководство ДП в том, что оно оказывает поддержку «нелегальной» молодежной организации, и партия отказала Союзу в своей поддержке. 16 января 1957 г. СМД заявил о самороспуске5.

При этом его членам было предложено войти в Кружки молодых при ДП, однако большая часть руководящего состава Союза отказалась от этого, призвав последовать своему примеру и рядовых участников СМД6. Некоторые члены СМД попытались продолжить свою деятельность в организациях, которые, как им казалось, стояли ближе всего к патриотической традиции: в Лодзи и Кракове молодые демократы вошли в состав ПАКСа, а в Познани — в состав клуба католической интеллигенции и Студенческого комитета помощи политзаключенным7. Однако все попытки проводить там прежнюю линию были пресечены на корню. Во время парламентских выборов актив СМД агитировал за бойкот выборов и за вычеркивание кандидатов Фронта национального единства из списков. «Следует признать, — говорилось в записке Службы безопасности, — что вначале эти лозунги находили сторонников — как среди молодежи, так и среди части мелкобуржуазной интеллигенции, а в некоторых случаях студентам удалось проникнуть с этими лозунгами на предприятия... но в последние дни перед выборами вследствие усиления нашей агитационной работы и отсутствия большого интереса к вражеским требованиям они были разоблачены и целиком подавлены»8.

Наиболее непримиримые члены СМД старались продолжать борьбу после роспуска организации. 18 января 1957 г. их представители собрались в Варшаве и объявили о создании Центра СМД во главе с бывшим заместителем председателя Главного правления СМД П. Гурным. Это тоже была легальная организация, и ее руководство ходатайствовало в органах власти о регистрации новой структуры. Программа этого объединения заключалась в следующем: многопартийность, строительство социализма без диктатуры пролетариата, противопоставление себя ПОРП. 7 и 8 февраля 1957 г. Гурный и его секретарь Я. Земацкий были по очереди приглашены в Общественно-административный отдел Президиума варшавского горсовета, где им было заявлено, что организация зарегистрирована не будет. 17 февраля Центр СМД самораспустился, приняв решение о том, что его члены будут пытаться организовать в варшавских вузах студенческие клубы9. В период волнений по поводу упразднения «По просту» Я. Земацкий и другой член СМД — М. Круль вошли в состав студенческого Организационного комитета, который собирался создать Общепольский молодежный центр для проведения независимой от ССМ политики. «Во всей этой акции, — говорил Земацкий на собрании комитета 22 октября 1957 г., — речь шла не о "По просту", она была лишь предлогом, но о противопоставлении тем тенденциям в ПОРП, которые взяли верх после IX пленума»10. В ноябре 1957 г. М. Круль предложил создать нелегальную структуру, но Земацкий высказался против: «нелегальная деятельность... ограничилась бы очень малым кругом людей, каковые, к тому же, быстро попали бы в тюрьму, так как находятся под наблюдением МВД. Следует проводить легальную деятельность, к которой не было бы формальных претензий. Надо создавать частные группы среди своих знакомых»11. Организационный комитет вскоре распался, и почти все бывшие активисты СМД отошли от политической деятельности. Последним проявлением их оппозиционности было намерение раскидать листовки в память о закрытии «По просту» в октябре 1958 г. Однако эта акция в жизнь воплощена не была, так как ее организаторы (Круль, Земацкий, Гурный) посчитали, что студенчество в данный момент не настроено на конфликты с властью12.

В 1957 г. П. Гурный познакомился с лаборантом Гливицкого политехнического института Ю. Коссецким (будущим известным кибернетиком), который привил ему эндецкую идеологию. Коссецкий поддерживал близкое знакомство со старым эндеком П. Богдановичем, с его подачи стал членом ПАКСа, а в 1958 г. по сути взял на себя идеологическую работу в созданной П. Гурным подпольной организации студентов Варшавского университета Национально-демократическая лига. В программе Лиги было сказано, что она является продолжением Национальной партии и стремится к воссозданию великой Польши от Одры до Днепра. «...Полагаем необходимым, — утверждалось в программе, — сохранение союза с Россией до тех пор, пока наша западная граница не будет окончательно признана всеми... Потом будем стараться использовать любую возможность, чтобы отторгнуть у России наши восточные земли. Если Россия будет вынуждена признать наши территориальные претензии, мы создадим и станем систематически полонизировать федеральное государство, составленное из Польши, Литвы, Белоруссии и правобережной Украины... После этого наша внешняя политика будет опираться на союз с Россией и Китаем». В отношении внутренней политики автор программы Ю. Коссецкий предлагал всяческую поддержку католической церкви как оплота польской культуры, при одновременном дистанцировании от нее в тех случаях, когда ее цели не имеют непосредственного отношения к величию польского государства. «Поскольку, — утверждалось далее, — наша внутренняя жизнь уже давно ограничена деятельностью международной мафии в виде масонства и коммунистического интернационала, а также враждебной деятельностью национальных меньшинств (прежде всего, евреев, немцев и украинцев), мы будем всячески стараться избавить нашу страну от всех интернационалов, а также исключить из нашей политической жизни (а впоследствии — и из страны) все меньшинства, которые попытаются бороться с польским народом... Чрезвычайно опасным для нашего национального быта является проникновение чужих культур, особенно еврейской, византийской и туранской...». В отношении экономики программа отвергала «капитализм как частный, так и государственный... Поскольку неподконтрольное ничему развитие хозяйственной жизни опасно, государство должно руководить экономическими процессами... ключевые ветви экономики должны остаться в руках государства, но легкая промышленность... должна перейти в частную собственность либо в собственность рабочих коллективов... В силу специфики крестьянского хозяйства оно должно остаться сугубо в частном владении... В сфере политического строя... мы будем стремиться с построению системы, из которой были бы удалены все антинациональные факторы. Чтобы игра сил проходила между группами национального толка, отличающихся друг от друга не целями, а только методами...»13. Как видим, члены организации принимали идеологию Р. Дмовского в ее крайней форме — национализм и антисемитизм. Неудивительно, что столь одиозная догматика не нашла понимания ни среди харцеров, ни в светских католических кругах, где сторонники П. Гурного пытались пропагандировать свои идеи.

Один из авторитетных католических деятелей, к которому обращались за поддержкой участники Лиги, В. Хшановский, склонялся в это время к модернизации национал-демократической идеологии. Он отвергал тоталитарную ее сторону и пытался увязать эндецию с парламентаризмом и христианской демократией. В двух донесениях, которые он отправил в Лондон руководству Национальной партии, В. Хшановский заявлял, что угрозой для поляков является не только навязанная извне власть, но и такой образ бытия, при котором уничтожаются традиции. У молодых поляков, говорил В. Хшановский, нет позитивного примера, который позволил бы сохранить национальное самосознание. В. Хшановский надеялся обрести его в социальном учении католицизма и призывал создать общественно-воспитательное движение, которое пронизало бы общество через органы местного самоуправления14. Однако молодые радикалы из Национально-демократической лиги не приняли обновленной эндеции, и В. Хшановский не оказал влияния на их идеологшо.

В организацию входило 14 студентов, 4 школьника, а также по одному сотруднику редакции газеты «Жиче Варшавы», Гливицкого политехнического института и администрации Варшавского политехнического института (наиболее активными деятелями были: Марьян Бараньский, Хенрик Клята, Анджей Глязер, Януш Кшижевский). Лига была разделена на два уровня — высший и низший, причем члены низшего уровня не знали о существовании высшего. В целом деятельность организации свелась к встречам, на которых обсуждалась идеология эндеции, и к вербовке новых членов. Вскоре ее существование было раскрыто, и 7 мая 1960 г. костяк группы был арестован. Также были задержаны деятели довоенной Национальной партии П. Богданович и Л. Мирецкий, которых обвинили в том, что они явились вдохновителями создания Лиги15. На суде это обвинение было снято, вследствие чего оба эндека были освобождены. Остальные же (П. Гурный, Ю. Коссецкий, М. Бараньский, Х. Клята, Р. Островский и др.) получили сроки до двух лет, однако уже через год (в 1962 г.) по амнистии вышли на свободу. Гурный попытался создать новую организацию на старой основе, но его соратники (М. Бараньский, Х. Клята и Ю. Коссецкий) предпочли не возобновлять конспиративной деятельности. Вместо этого они стали посещать собрания Политического дискуссионного клуба в Варшавском университете, а Ю. Коссецкий завязал личное знакомство с К. Модзелевским и Я. Куронем. Гурный также несколько смягчил свое отношение к коммунизму. «Поскольку коммунистическая теория хоть и дискуссионна, но по сути своей правильна и справедлива, трудно бороться с ней как таковой, — писал он в 1964 г. — Зато можно показать противоречие между ней и практикой, и указать на тех, кто может исправить положение. А сделать это могут только сами коммунисты»16. Он, однако, не стал входить в контакт с Куронем и Модзелевским, хотя знал их по работе в Варшавском университете (в 1955—1959 годах Гурный был председателем ячейки Союза польских студентов на юридическом факультете). Вожак Лиги объяснял это тем, что будучи антисемитом, не разделяет взглядов Куроня и Модзелевского, хотя уважает их как оппозиционную группу17.

Вскоре после ареста Куроня, Модзелевского и Хасса ряд бывших участников Лиги вновь попал за решетку. Похожей была судьба и бывшего лидера СМД К. Глоговского. Первое время после разгона СМД он пытался организовать в ПАКСе общество левых христиан, но не преуспел в этом18. Тогда он стал создавать в Лодзи, где жил, просветительское движение в виде тайных кружков самообразования. В этом ему помогали бывшие соратники по СМД (А. Дудек, К. Строньский, В. Якобсон и др). В массе своей это были уже зрелые люди, работавшие в различных учреждениях. 18 марта 1964 г. во время очередного собрания группа была арестована. При обыске сотрудники госбезопасности нашли большое количество документов политического содержания, а также обширную программу под названием «Положение в Польше — инструкция № 3» (Глоговский утверждал, что получил ее от инженера М. Завистовского, известного Службе безопасности «по враждебным высказываниям»)19. Программа содержала критику коммунизма как идеологической, экономической и политической системы, и противопоставляла ему «культурализм», т. е. концепцию распространения культуры как антитезы коммунизма. По мнению авторов программы, господствующий в Польше режим посредством лозунга об «общественном авансе» способствовал приходу к власти большого количества непрофессиональных и аморальных людей. Это грозило вырождением как польского народа, так и населения всего мира, которое стояло перед лицом распространяющегося коммунизма. Поэтому настоятельной задачей всех противников коммунизма являлось идеологическое сопротивление этой доктрине, а в дальнейшем — объединение Центральной Европы под знаменем «сражающейся культуры» и совместная колонизация земель Сибири и Африки. При этом авторы программы не отождествляли Россию и Советский Союз (хотя оговаривались, что коммунизм стал орудием советского империализма), и признавали некоторые достижения социалистического строя (планирование экономики, жилищное строительство, ликвидация безработицы, развитие политической дисциплины в обществе и т. д.)20. По сути, это была программа буржуазной демократии, что позволило органам госбезопасности квалифицировать группу Глоговского как «либерально-буржуазную»21. В том же году Глоговский был приговорен к пяти месяцам заключения, а по выходе на свободу стал приезжать в Варшаву на встречи студентов и сотрудников Варшавского университета, проходившие на квартире у Б. Тейковского22.

Примечания

1. AIPN MSW D S-A AK 150. K. 19.

2. Цит. по: АВП РФ. Ф. 122. Оп. 40. П. 145. Д. 720. Л. 34.

3. AIPN MSW D S-A AK 150. K. 18.

4. Ibid. K. 28.

5. АВП РФ. Ф. 122. Оп. 40. П. 145. Д. 720. Л. 34—35.

6. AIPN MSW D S-A AK 150. K. 24—25.

7. AIPN 0296/161 t. 6. K. 10—11, 14—15, 42—44; AIPN MSW D S-A AK/150. K. 4.

8. AIPN 0296/161 t. 6. K. 11—13.

9. AIPN MSWD S-A AK/150. K. 31—60; Informacja, dotycząca Związku Młodych Demokratów. 23.2.57. S. 2—4.

10. AIPN 0296/161 t. 6. K. 36—38.

11. Ibid. K. 43.

12. AIPN 0296/161 t. 6. K. 95.

13. AIPN 0364/377 t. 4. K. 12—20.

14. Brzostek B. Wiesław Chrzanowski // Opozycja w PRL. Słownik... T. 1. S. 57—59; Muszyński J.W. Przemysław Górny // Opozycja w PRL. Słownik... T. 2. S. 103—104.

15. AIPN 0364/377 t. 4. K. 14—19.

16. AIPN 0208/593 t. 2. K. 248.

17. Ibid. K. 306.

18. Pleśniar A. Karol Głogowski // Opozycja w PRL... T. 1. S. 102—103.

19. AIPN 0296/93 t. 2. K. 2—3.

20. Ibid. K. 4—68.

21. AIPN MSW II 3745. K. 119.

22. Pleśniar A. Karol Głogowski // Opozycja w PRL... T. 1. S. 102.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
Яндекс.Метрика
© 2017 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты