Библиотека
Исследователям Катынского дела

Агония на Западной Украине

В Западной Украине по уже известным нам обстоятельствам ситуация складывалась совершенно иначе. Это подтверждают и польские источники: «После разгрома частей, сформированных для акции "Буря", партизанская активность АК на этих территориях была, как кажется, значительно слабее, чем на севере от них, что по крайней мере частично явилось результатом украинской стихии. Во всяком случае, документы НКВД значительно чаще говорят об УПА, чем о польской конспирации, которая преимущественно имела городской характер»1.

На Волыни ввиду того, что основные силы АК, вышедшие из подполья и создавшие 27-ю дивизию, практически полностью покинули ее территорию, партизанских отрядов АК не осталось. Тем не менее АК, а точнее, ее наследница — уже известная нам организация, попыталась даже в столь безнадежных условиях хоть немного, да напакостить. Если уж не удалось сорвать мобилизацию в армию «наймитов» Берлинга и РККА, то при известной доле находчивости и этот провал можно было обернуть в свою пользу. Так, в конце весны 1944 г. известный на Полесье партизан М. Собесяк получил разрешение советского командования на формирование сильной партизанской бригады для последующей переброски в Польшу. И формировал он ее из всех, кто хотел воевать с гитлеровцами: из польских партизан АК и тех, кто был в советских партизанах, из членов польских самооборон, офицеров запаса прежней польской армии. Однако из состава бригады в 900 человек около 300 были арестованы НКВД, которому стал известен приказ АК, предписывающий офицерам луцкого инспектората вступить в нее полным составом с целью проникновения в командование всех ее подразделений и штаб. И если бы эти планы не удалось вовремя предотвратить, то после прибытия бригады на территорию Польши Собесяку было бы предложено перейти на сторону польского подполья. В случае же его отказа и он и его штаб были бы ликвидированы, а бригада перешла под командование «НЕ». И пусть этого все-таки не случилось, о доверии членам АК не могло быть и речи, тем более что легализоваться они и не собирались.

В округе АК № 3 (Львов, Станиславов, Тернополь) после завершения «Бури» и ареста высших офицеров и командования АК округа на месте осталась вторая, так сказать, запасная структура, подготовленная главным диверсантом Фельдорфом (псевдоним «Ниль») — организация «НЕ» под командованием подполковника Ф. Янсона (псевдоним «Райграс»). Янсон во время проведения «Бури» остался в подполье и ликвидировал структуру штаба АК, создав штаб «НЕ». «НЕ» продолжала поддерживать радиосвязь непосредственно с Лондоном. Атак как многие командиры АК были известны НКВД, их перебросили в соседние районы Польши. Туда же были передислоцированы и партизанские отряды, остававшиеся на тот момент на территории, занятой немцами.

В отличие от других округов АК (на Волыни, в Белоруссии и Литве) в Галиции различные вооруженные организации под эгидой «НЕ», вошедшие в 1943 г. в АК в рамках объединения польского подполья, действовали практически независимо друг от друга. Наиболее сильной структурой оставалась «Национальная военная организация». В ее подчинении находился даже один небольшой партизанский отряд. Однако она в основном занималась пропагандистскими мероприятиями, издавая несколько газет вплоть до начала 1945 г. В связи с тем что у организации не хватало финансов на свою деятельность, единственной удачной ее акцией стало нападение на магазин «Гастроном» во Львове. На этом все и закончилось, так как вскоре ее участники были арестованы. Несколько позже, в начале марта 1945 г., НКВД окружил и полностью уничтожил и партизанский отряд «Национальной военной организации», находившийся к югу от Львова.

Также во Львове после установления там советской власти действовала небольшая группа организации «КОН» (Конвент национально-освободительных организаций), не вошедшая в состав «НЕ». Однако и эта организация ни в чем себя особенно не проявила и до середины 1945 г. занималась в основном изданием нелегальной газетки.

В Галиции НКВД посредством хорошо налаженной агентурной работы удалось ликвидировать структуры «НЕ» к концу 1945 г. Во Львове было арестовано около 130 членов этой организации. В феврале 1945 г. в сети НКВД попал комендант округа Ф. Янсон. В феврале 1945 г. было ликвидировано командование станиславовского округа, в июне — радиостанция округа под Львовом, в конце 1945 г. перестал существовать округ. Впрочем, активных действий эти округа не вели, ограничиваясь изданием нелегальной прессы. Тем не менее надо отметить, что оставшиеся структуры «НЕ» пытались организовать побеги арестованных членов, и это им даже частично удалось в октябре 1945 г.

Как ранее в Белоруссии и Литве, значительную часть структур АК, а потом «НЕ» полякам удалось переправить с Западной Украины на территорию Польши. После чего полякам с Украины и Белоруссии пришлось пережить драматический эпизод прощания с родиной. Также как и украинцам с белорусами. С той разницей, что одни ехали в Польшу, а другие в СССР.

А в заключение, как всегда, приведем высказывания тех, кто жил в интересующий нас период времени и был непосредственным свидетелем и участником обсуждаемых событий, в отличие от современных исследователей, знающих их исключительно по документам. Вот что говорит Збигнев Залуский, который в свое время очень точно поставил перед бывшими солдатами Армии Крайовой вопрос, столь популярный сегодня в стане любителей альтернативной истории: «...Несколько лет тому назад в группе бывших солдат одного из элитных отрядов Армии Крайовой, прославившегося необычайным мужеством в борьбе и чрезвычайными потерями, в группе, имевшей в своем составе двух доцентов, доктора, инженера и журналиста, возник проблемный вопрос: а что было бы, если бы война закончилась 20 июля 1944 г., если бы "Лондон" победил. Кто-то из присутствующих грустно улыбнулся: "Ну что ж, не погибло бы столько товарищей. Избежали бы мы столько действительно незаслуженных унижений и страданий. А сегодня наверняка были бы мы... старшими сержантами полиции. Было бы столько работы в первые годы, что не пришлось бы нам подумать себе, о будущем, об учебе"».

А вот что на ту же тему заметил министр иностранных дел эмиграционного правительства Польши в Лондоне Эдвард Речински: «...в годы войны он и его коллеги делали все, чтобы Волынь и Галичина остались в составе Польши. Но сейчас он очень рад, что поляки потерпели поражение. Потому что "если бы мы победили, то имели бы потом то, сейчас я вижу в Боснии..."»2

Другое дело, что ни первому ни второму нынешние польские историки не верят, и в многочисленных работах упорно проводят свою линию, примерно так же, как делает это пан Мотыка:

«— Поиграем в "если бы да кабы", то бишь в так называемую альтернативную историю. Что было бы, если бы в послевоенной Польше к власти пришло некоммунистическое правительство; было бы оно вынуждено — чтобы подавить украинское восстание на юго-восточных землях — также прибегнуть к массовым депортациям украинского ...населения?

— Демократическое польское правительство, по моему мнению, не провело бы такой операции. Она бы не была необходима. ...Свободное польское правительство чего-либо такого не сделало бы. В междувоенном двадцатилетии государство ликвидировало без депортации белорусское и коммунистическое партизанское движение, действовавшее на значительно большей территории»3.

И наконец, еще один перл из исторической сокровищницы пана Мотыки: «...конституция Второй Речи Посполитой гарантировала всем нациям, в том числе и украинцам, равные права, но на практике украинцы были людьми второй категории. Но я не считаю, что это была система, подобная тоталитарной. И антиукраинские акции — пацификации — вызывались террористическими акциями ОУН. Политика Второй Речи Посполитой к украинцам — оскорбительная, но ни в коем случае не оправдывала акций украинских националистов на Волыни»4.

А теперь давайте и мы попробуем выдать свой прогноз относительно развития ситуации на территории бывших «восточных окраин» в том случае, если бы осуществился сценарий стратегов из АК. Боюсь, он будет таким же, как у Залусского и Речинского. А значит, одними пацификациями дело не обошлось бы, поскольку переполненным взаимной ненавистью боевикам из УПА, белорусских антисоветских формирований вроде «Черного кота», и «Народной партызанки» ни польская конституция, ни замечательное некоммунистическое правительство были бы не указ. Вследствие чего «бело-красным и пушистым» пришлось бы заниматься ровно тем же, за что они сегодня с пеной у рта клеймят НКВД. Однако можно не сомневаться, что ныне это называлось бы не репрессиями против украинцев и белорусов, а защитой территориальной целостности Польши и борьбой с терроризмом.

Примечания

1. Represje od 1944 roku. Kresy wschodnie II RP. www.indeks.karta-org.pl/represje_sowieckie_8.html

2. Необъявленная война // Комсомольская правда в Украине, 19 марта 2003 г.

3. G. Motyka. Со ma Wisła do Wołynia? www.lemko.org/gazeta/Gazeta329012.html

4. С. Махун. Две правды // День. Киев, 8.07.2003.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
Яндекс.Метрика
© 2017 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты