Библиотека
Исследователям Катынского дела

На правах рекламы:

Качественный портативный видеорегистратор купить можно на сайте ronixs.ru.

Перспективы Катынского дела

Оценивать современную ситуацию с Катынским делом следует с позиций усиливающего в последнее время противостояния Запада и России. Западные и, прежде всего, американские политики пытаются вновь сделать Польшу острием того клина, который должен бить по болезненным для России точкам. В свое время Запад этот метод успешно использовал в борьбе с Советским Союзом.

Известно, что Катынское дело является одной из таких болезненных точек. В этом плане вызывает озабоченность самоуспокоенность российских юристов и должностных лиц, базирующаяся на ложном мнении, что тема Катыни закрыта с юридической и политической точки зрения. Однако Катынское дело давно приобрело международный политический характер и не может быть закрыто в одностороннем порядке.

Вот что по этому поводу заявил председатель исполкома Конгресса интеллигенции России, бывший руководитель администрации Президента РФ С. Филатов: «Катынь есть и будет, видимо, еще очень долго театром острейшей политической борьбы. Тему Катыни не замолчать и не «закрыть» (Филатов. «Кольцо «А», № 34, 2005 г.). По данному поводу неоднократно аналогично высказывался Президент Польши Л. Качиньский.

Процесс принуждения России к покаянию за Катынь поляки стремятся превратить во второй «Нюрнбергский процесс». Надо учитывать, что в недрах политической Европы зреет мысль устроить аналогичный процесс над коммунизмом. Катынское дело, как наиболее информационно раскрученное «международное преступление» большевиков, может послужить исходным моментом для организации такого процесса.

В случае его проведения суд над «преступлениями коммунизма» плавно перетечет в суд над СССР и его историей. О подобных перспективах заявил выступивший на ежегодной Катынской конференции (28.05.2005 г.) проф. Войцех Матерский (Памятных. Новая Польша. № 5, 2005) Он подчеркнул, что за катынское преступление ответственна «вся советская политическая система, партия — государство». Матерский сожалел, что отсутствует возможность выдвинуть обвинение «в отношении современного российского государства». Такая возможность полякам может представиться, если Россия не откажется от «страусиной» тактики в российско-польских отношениях.

Понятие «Катынь» в Польше пытаются сделать всеобъемлющим при оценке этих отношений. Все более популярным в польских политических кругах становится мнение профессора В. Марциняка, который, как уже говорилось, предлагает под «Катынью» подразумевать всех погибших в результате репрессий в СССР польских граждан.

Очередное обострение ситуации в катынском вопросе произошло в марте 2006 г., накануне ежегодно отмечаемого в Польше «Дня памяти жертв Катыни». Поводом к международному скандалу послужило то обстоятельство, что за несколько недель до этого Главная военная прокуратуру (ГВП) России отказала вдове погибшего в Катыни поручика «признать того жертвой сталинских репрессий». Отказ был мотивирован тем, что не найдено никаких юридических доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что поляки весной 1940 г. были расстреляны по политическим мотивам. Решение Политбюро ЦК ВКП(б), по мнению ГВП, не является приговором и поэтому его нельзя отменить и, соответственно, реабилитировать жертвы.

Однако польская сторона не согласилась с такой интерпретацией катынского преступления. По данному поводу прозвучали заявления МИД Польши и Института национальной памяти (ИНП), высказал свое недоумение президент Польши Л. Качиньский. У здания российского посольства в Варшаве состоялся пикет с требованием признать жертвы Катыни «жертвами сталинских репрессий».

Известный польский историк и публицист, один из авторов польской «научно-исторической экспертизы» сообщения комиссии Бурденко, Мариан Войцеховский в связи с 66-ой годовщиной катынского преступления написал в «Газете выборчей», что отказ военной прокуратуры России отказаться от реабилитации жертв катынского преступления накануне годовщины этого события стал знаком, что «примирение с поляками не интересует российскую сторону, а недавние дружественные жесты по отношению к Варшаве были только блефом» (Газета выборча, 9 марта 2006 г.).

Российскую позицию 6 марта 2006 г. озвучил в эфире радиостанции «Эхо Москвы» историк Рой Медведев. Он заявил, что расстрел в Катыни «нельзя назвать ни политическими репрессиями, ни геноцидом». В мире подобное определяется юридическим термином «военное преступление. Р. Медведев также считает, что «реабилитация была, и очень основательная: опубликованы все документы, сохранившиеся в архивах, президент Ельцин принес Польше извинения, на месте трагедии установлен памятник».

Следует также учитывать, что за последние пятнадцать лет польская сторона сумела навязать мировому сообществу свою точку зрения на катынскую проблему. Никого не волнует несовершенство российского закона 1991 г. о реабилитации жертв политических репрессий. Главное для большинства то, что поляки были расстреляны по «приказу Сталина».

Поэтому сложившуюся ситуацию с отказом в иске о признании расстрелянных в Катыни жертвами политических репрессий Польша пытается использовать как дополнительный козырь для перевода катынской проблемы под юрисдикцию международного права. Это может создать для России правовую ситуацию, аналогичную с так называемым «сербским геноцидом албанцев» в Косове, не говоря уже о повторении ситуации со швейцарской фирмой «Нога».

В Польше Катынью занимается специальная полугосударственная организация — Институт национальной памяти. Это не научное учреждение. Председатель ИНП — единственное должностное лицо в Польше, которое подчиняется исключительно польскому сейму. Для его избрания на этот пост необходимы голоса, как минимум, 60% депутатов. Соответственно у института всегда мощная политическая поддержка. В его структуре работает около сотни прокуроров. Институт по поручению польского Сейма осуществлял контроль за ходом расследования Катынского дела, проводимого российской стороной.

В ноябре 2004 г. по заявлению Катынского комитета Институт национальной памяти начал собственное, независимое от России, расследование обстоятельств Катынского дела. Профессор Леон Керес, председатель (в настоящее время бывший) Института национальной памяти (ИНП) в своем интервью журналу «Новая Польша» заявил: «Официальное решение открыть следствие по делу об убийстве советскими государственными чиновниками на территории СССР тысяч польских граждан подписано прокурором Малгожатой Кузняр-Плотой».

По утверждению Л. Кереса, «16 прокуроров, откомандированных заниматься этим следствием, хотят выяснить все кулисы преступления и установить именной список преступников. Они намерены заслушать показания более чем 10 тыс. лиц, в первую очередь потерпевших, т.е. родственников убитых» (Новая Польша», № 3, 2005 г.).

Наивно полагать, что главной целью работы польских прокуроров является установление «именного списка преступников». Не вызывает сомнений тот факт, что родственники погибших в Катыни поляков не могут обладать информацией о сотрудниках НКВД 1940 г. Вероятнее всего, прокуроры ведут подготовку к оформлению индивидуальных исков к России по примеру американской еврейской диаспоры, после войны массово предъявившей Германии индивидуальные иски за холокост.

Очевидно, что польская сторона, открывая самостоятельное следствие без участия России, постарается принять итоговый документ (такая попытка была предпринята в сентябре 1993 г.) и, опираясь на поддержку мировой общественности, заявит о претензиях к России, в том числе и материальных, которые, если исходить из международных норм компенсаций, могут составить до 4 миллиардов долларов США. Однако, если поляки свои претензии соотнесут с аналогичными, предъявляемыми их ближайшими соседями литовскими наследниками репрессированных в годы советской власти, эта сумма может вырасти до 15 млрд. долларов.

В марте 2007 г. Каунасский суд (Литва) принял к рассмотрению иск на сумму в 500 тысяч евро к России, который подали сын, дочь и внучка репрессированной жительницы Литвы Оны Пускунигене. В 1951 г. она была осуждена к 25 лет ссылки с конфискацией имущества. Однако по месту лишения свободы в Пермской области находилась с 5 сентября 1951 г. по 3 мая 1956 г.

Литовская адвокатская контора «Ex JURE», занимающаяся делом О. Пускунигене, готовит аналогичный, уже второй по счету иск против России. Поводом является судьба Адомаса Симутиса, расстрелянного как «врага народа», и его сына Людвика Симутиса, высланного в районы Сибири. Адвокат Кястутис Чилинскас, ведущий дела против России по вышеуказанным искам, заявил, что подобные иски бывших литовских ссыльных и политзаключенных могут стать массовым явлением. Без сомнения, таким же массовым явлением станут и иски родственников польских военнопленных, погибших в СССР.

«Первые ласточки» здесь уже появились. В апреле 2006 г. 70 родственников погибших в Катыни польских офицеров обратились в Европейский суд по правам человека в Страсбурге по поводу ненадлежащего расследования Россией всех обстоятельства катынского преступления. В будущем их число может составить несколько тысяч.

Помимо этого в июне 2007 г. Польский союз репрессированных, объединяющий в данный момент около 60 тыс. человек, заявил о намерениях подготовить иск против России о компенсациях в Страсбургский суд по правам человека («Новые известия», 2 июля 2007 г.).

Несмотря на это, некоторые польские политики и публицисты по-прежнему продолжают лицемерно отвергать даже саму мысль о каких-либо материальных компенсациях за погибшую в Катыни «польскую элиту». К примеру, уже упоминавшийся выше профессор М. Войцеховский заявил в «Газета выборча» от 9 марта 2006 г., что президент Качиньский может попытаться убедить близких жертв катынского преступления «не требовать материальной компенсации во имя хороших отношений с Россией».

Однако, как уже говорилось, Варшава считает, что отношения с Москвой «должны быть такими, чтобы они Польше что-то приносили».

Даже в советское время, будучи союзником, Польша постоянно предъявляла материальные претензии к Советскому Союзу. Напомним, что в 1978 г. Польша начала с СССР «войну брендов», заявив права на торговое название «водка». Если бы польские историки сумели доказать, что «водка» является исконно польским продуктом, то материальные потери СССР и России исчислялись бы миллиардами долларов. Пострадали бы и простые люди, которые за каждую бутылку водки переплачивали сумму, идущую в польскую казну. Но благодаря историку-энтузиасту В.В. Похлебкину историческая справедливость тогда была восстановлена. Вильям Васильевич убедительно доказал приоритет России в создании алкогольного напитка под названием «водка».

В связи с кризисной ситуацией в Польше, в 1980—1986 годах Советский Союз оказал польскому народу безвозмездную помощь на сумму в 7 млрд. руб. Об этом говорилось на заседании Политбюро ЦК КПСС 23 октября 1986 г.

Тем не менее в 1989 г. Польша поставила вопрос о возмещении Советским Союзом материального ущерба гражданам польского происхождения, пострадавшим от сталинских репрессий. Подобным путем Польша стремилась ликвидировать свою задолженность Советскому Союзу в размере 5,3 млрд. инвалютных руб., т.е. по тогдашнему курсу более 8 млрд. долларов США. Как удалось выяснить, долг Польше в середине 1990-х годов списали, но Россия вместо благодарности получила как всегда... Польша эту тактику, вероятно, продолжит и в будущем.

В последние годы поляки активизировали работу по привлечению союзников на международной арене. В апреле 2005 года Сейм Литвы принял резолюцию «О годовщине убийств в Катыни». В начале декабря того же года в Париже была открыта мемориальная доска в память о жертвах Катыни. Надпись на доске гласит: «Памяти 21857 польских пленных, жертв массового убийства, совершенного по решению высших советских властей, принятого в Москве 5 марта 1940 г. в Кремле, памяти 55% офицерских кадров, уничтоженных советскими коммунистами в Катыни, Харькове, Медном и Куропатах, жертв цинично задуманного преступления против мира, безнаказанного геноцида, который осужденная Москва упорно отрицает по сей день». Памятник расстрелянным «большевиками» польским офицерам в Катыни давно стал достопримечательностью Нью-Йорка.

Нет сомнений, что к Катынскому делу будет подключено сообщество стран демократического выбора Балтийско-Черноморско-Каспийского региона, учреждение которого в 2005 г. состоялось в Киеве. В это сообщество вошли страны, «не желающие быть в орбите России; Грузия, Украина, Молдавия, Эстония, Латвия и Литва». Идейным наставником этого сообщества пытается быть Польша.

Предпринимаются попытки заставить Соединенные Штаты Америки занять более активную позицию в Катынском деле. 5 апреля 2006 г. газета «Жечпосполита» опубликовала интервью Аллена Пола (Allen Paul) — американского политолога и публициста, советника комиссии Конгресса США, автора недавно изданной в Польше книги «Катынская резня и триумф правды». Аллен Пол квалифицирует «катынскую расправу как геноцид». В этой связи он, будучи в 2006 г. в Варшаве, официально предложил польским властям обратиться к американской «Polonia» (организации польских эмигрантов) с тем, чтобы она ходатайствовала перед Конгрессом Соединенных Штатов о возобновлении расследования катынского преступления, которое комиссия Конгресса провела в 1951—1952 гг.

Комиссия Р. Мэддена, как ее тогда называли, единогласно признала вину СССР и рекомендовала Конгрессу подать иск в Международный трибунал. Однако этого не произошло, так как Советский Союз в то время имел доминирующие позиции в Восточной Европе, в связи с чем представители Государственного департамента не поддержали это предложение.

Несмотря на скептическое отношение председателя Конгресса американской «Polonia» (КАП) Фрэнка Спуля к предложению А. Пола, последний уверен, что шансы на успех есть. Не говоря уже о поддержке шестнадцати американских конгрессменов, имеющих польские корни, А. Пол залогом успеха считает следующее.

Во-первых, то, что представители американских властей сегодня абсолютно уверены в том, кто «несет ответственность за расстрел польских военнопленных», во-вторых, что «время заискивания Америки перед Сталиным давно кануло в историю» и, в-третьих, по мнению А. Пола, сегодня «Польша является союзником Америки, а Россия лишь партнером». Так что «старые американские дрожжи» могут придать катынскому процессу новый импульс (Швед. «Katyn с американским акцентом». «Фельдпочта»). Об этом, в частности, свидетельствует выступление американского президента Буша в Вашингтоне 12 июня 2007 г. на открытии «Памятника жертвам коммунизма». В числе жертв коммунизма Буш назвал «поляков, убитых в массовом порядке в лесу в Катыни».

Ясно одно, польская сторона настроена решительно. Налицо создание международного фронта, осуждающего как расстрел польских офицеров «высшими советскими властями», так и современную позицию Москвы.

Поляки успешно используют оборонительную, пассивно-выжидательную позицию России для наращивания масштаба претензий, накопления доказательных материалов и дальнейшего формирования в свою пользу общественного мнения и, прежде всего, в Польше и России.

На 17 сентября 2007 г., в 68-ю годовщину вступления частей Красной Армии на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины, польские власти запланировали всепольский просмотр уже упоминаемого фильма Анджея Вайды «Post Mortem. Катынская повесть». Антирусский настрой в этот день, вероятно, превзойдет тот уровень, который поляки продемонстрировали 17 сентября 2006 г.

После непродолжительной «обкатки» на польской публике фильм А. Вайды планируется запустить в мировой, кинопрокат. По этому поводу на кинорынке, проходившем в конце мая 2007 г. во время Каннского кинофестиваля, под патронажем А. Вайды был организован показ фрагментов из фильма «Post Mortem. Катынская повесть». Просмотр был категорически закрыт для журналистов и предназначался только будущим дистрибьюторам ленты. Все свидетельствует о том, что Польша планирует фильмом А. Вайды поставить в Катынском деле «польскую» окончательную точку.

Не случайно президент Л. Качиньский установил над фильмом о Катыни так называемый «почетный патронат» (patronat honorowy»).

Фильм должен сделать каждого зрителя как бы участником общественного обвинительного процесса над «советской политической системой» и, в конечном итоге, над СССР, Россией и ее историей. Фактически реализуется мечта уже упомянутого проф. В. Матерского о том, что необходимо выдвинуть обвинение «в отношении современного российского государства».

Можно не сомневаться, что волна мирового общественного возмущения действиями СССР, вызванная фильмом А. Вайды «Post Mortem. Катынская повесть», затронувшим тему еще не до конца расследованного Катынского дела, нанесет ущерб российским национальным интересам и на долгие годы осложнит польско-российские отношения.

Россия же, прекратив уголовное дело № 159, не предпринимает никаких активных действий и лишь пытается сохранить существующий «status quo» в трактовке катынской трагедии, в надежде на то, что прагматизм в Польше в конце концов возьмет верх.

Позиция Главной военной прокуратуры, несмотря на факты, вскрытые в ходе независимого расследования Катынского дела, и при новом руководстве остается неизменной. Утверждается, что, поскольку «подлинность документов Политбюро ЦК ВКП(б) по Катыни, приобщенных к материалам этого дела, не вызывает сомнения», возобновление следствия по уголовному делу № 159 «нецелесообразно». Эту позицию Главная военная прокуратура подтвердила в своем ответе от 19 января 2007 г. депутату Андрею Савельеву на просьбу последнего о возобновлении следствия по факту гибели польских военнопленных в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

Нет смысла повторять вопросы, которые возникают при изучении противоречий в «исторических» документах из кремлевского «закрытого пакета №1». Преступно игнорировать многочисленные свидетельства о том, что польские военнослужащие и гражданские лица содержались в 1940-41 гг. в трех «лагерях особого назначения» к западу от Смоленска и осенью 1941 г. нацисты расстреляли их в Козьих Горах. Историческая справедливость также требует выяснить, что за польские офицеры и полицейские (не из Литвы и Латвии, а с территории бывшей Польши) в 1940—1941 гг. использовались на строительствах НКВД в зоне Беломоро-Балтийского канала, а также содержались в лагерях Дальнего Востока и Магадана.

Ответа на эти вопросы у Главной военной прокуратуры нет. В то же время известно, что в российских архивах хранятся документы, обнародование которых может существенно скорректировать господствующую версию о катынском преступлении. Все это вызывает естественный вопрос. Если российская сторона обладает таким фактическим материалом, почему он не предъявляется?

Ведь самое страшное обвинение советского руководства в катынской трагедии уже прозвучало. Казалось бы, при появлении новых фактов, противоречащих официальной версии, следовало бы бросить все силы на их проверку и установление истины. Однако какого-либо вразумительного объяснения позиции российской стороны в катынском вопросе мы так и не нашли. Последствия подобного поведения могут быть для России непредсказуемыми.

Удастся ли России отбить грядущую атаку польских историков, юристов и политиков и общественности в Катынском деле?

* * *

Вышеизложенное убедительно свидетельствует о том, что в Катынском деле существует немало неисследованных фактов, противоречий и несовпадений, порождающих вопросы, на которые не дает ответа официальная версия. Все это требует незамедлительного возобновления дела № 159 «О расстреле польских военнопленных из Козельского, Осташковского и Старобельского спецлагерей НКВД в апреле — мае 1940 г.» по вновь открывшимся обстоятельствам с последующим гласным рассмотрением итогов расследования в суде.

Хочется верить, что рано или поздно, но все документальные свидетельства и факты, имеющие отношение к Катынскому делу, будут, вне зависимости от того, какую версию они представляют, тщательно исследованы и объективно рассмотрены в авторитетном суде. А само дело № 159 будет рассмотрено судом столь беспристрастно и всесторонне, что ни у кого в будущем не появится ни малейшей возможности спекулировать на катынском преступлении.

Нет сомнений, что преодоление катынского синдрома в польско-российских отношениях будет длительным и болезненным. Этот процесс можно значительно ускорить, если в оценках катынской трагедии польская сторона преодолеет национальный субъективизм и двойные стандарты, а российская услышит слова бывшего главы польского государства генерала Войцеха Ярузельского, сказанные им накануне прибытия в Москву на празднование 60-летия Великой Победы о том, что необходимо открыть все материалы по Катынскому делу: «Если сказал «А», сказать «Б» уже не так тяжело»

В заключение хочется еще раз прислушаться к мнению В. Ярузельского, который считает, что «даже самые больные места в этих отношениях — депортация, Катынь, лагеря, смерть людей — можно перековать в лучшую сторону. Да, была в нашей истории такая страница. Но она должна не делить, а в каком-то смысле объединять нас. Была общая трагедия, но потом была общая борьба и общая победа. Самые большие жертвы от сталинизма понес советский народ» (http://katyn.ru/index.php?go=Pages&in=view&id=723).

Сокращенный вариант настоящего исследования был опубликован во 2 и 4 номерах журнала «Наш современник» за 2007 г.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
Яндекс.Метрика
© 2017 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты